Пробуждение-1 Эльфийское жертвоприношение

Да-а, дела. Я открыла было рот, что бы возразить, но Барток мне не дал.

– Молчи, не перебивай, пожалуйста, дай мне досказать, пока мне хватает решимости. Я думаю, что лучше, если ты будешь знать о моих чувствах! И если что-то сложиться у тебя не так, я всегда буду рядом и я буду ждать тебя! Потому что я люблю тебя, люблю сильнее жизни! Мое сердце и моя жизнь в твоих руках, и я надеюсь, они тебе пригодятся.

– Барток!!! Я же ничего не знала, я… я последняя эгоистка и негодяйка. Как я могла так с тобой поступить?! Я очень, очень перед тобой виновата, ты когда-нибудь простишь меня? – я села к нему поближе, в надежде его утешить, чувствуя, что теряю близкого друга навсегда.

– В этом нет твоей вины! Насильно мил не будешь. И я знаю, если бы не он, то ты была бы со мной. Я же вижу, что я тебе не безразличен и это слабое, но утешение.

Слабая улыбка блеснула у него на губах надеждой, но при взгляде на меня погасла. Как луна, спрятавшаяся за тучку, делает ночь непроглядно темной, так и погасшая улыбка сделала Бартока таким мрачным, каким я его еще не видела.

– Да кто он-то? Мне уже даже интересно стало!

Барток посмотрел нам меня, как на сумасшедшую:

– Ты на самом деле пень бесчувственный или прикидываешься?!

– Если бы ты не был моим другом и я не умела воспринимать критику, то тебе бы уже плетей всыпали.

– Если бы я тебя не знал, то поверил бы, – ухмыльнулся Барток. – А вот, кстати, точнее некстати, и он.

Барток указал направление и я увидела Рисану с Танном. Они шли под ручку в нашу сторону.

– Я так и знала, что вы в этой беседке, – жизнерадостно сказала Рисана.

– Если вы знали, что беседка занята, зачем зашли? – проворчал Барток и сник, выпустив мои руки.

– Составить вам компанию. Кстати, братик, тебя отец искал.

Беззаботности и непосредственности Рисаны можно было только позавидовать, чего я, собственно, делать не стала.

– Что ж, я, пожалуй, пойду, если вы не против, – не смотря на нас, произнес Барток, а потом расправил плечи, обернулся к нам и улыбнулся.

– Конечно, куда я от тебя денусь! – незаметно подмигнула мне Рисана, отвечая брату.

Они ушли и не один из нас не посмел нарушить тягостное молчание.

После нескольких минут полной тишины, Танн не выдержал:

– Скажи же что-нибудь!

– Что-нибудь.

– Что?

– Не «что», а «что-нибудь».

– Это ты о чем?

– Ты же просил меня сказать «что-нибудь», я и сказала.