Улицы разбитых артефактов. Бал скелетов

Пожалуй, мне тоже следует задуматься о столь крупной покупке. Нет, я не собиралась приобретать себе имение. Тогда придется искать себе слуг и постоянно решать какие-нибудь хозяйственные хлопоты. Лучше довольствоваться квартирой. Маленькой и уютной. Все равно шумных компаний я водить к себе не намерена. Спальня, гостиная — пожалуй, и хватит. В конце концов, это даже неприлично: иметь такие деньги и продолжать снимать даже не комнату, а койку на постоялом дворе. Тем более моя новая соседка оказалась обладательницей воистину богатырского храпа.

Собственно, именно из-за нее я так не выспалась сегодня. Глаза так и слипаются.

Я клюнула носом раз, другой. Затем встала, осознав, что вот-вот засну прямо на рабочем месте. Неторопливо прошлась по кабинету, силясь взбодриться. Кофе, что ли, себе сварить?

Я остановилась напротив двери. Задрала голову и уставилась придирчивым взглядом на табличку с новым названием нашего сыскного агентства.

На темном фоне матово поблескивали золотом крупные буквы, складываясь в причудливую фразу «Улицы разбитых артефактов».

Такая же табличка, только крупнее, украшала вход в дом, на третьем этаже которого, собственно, и располагались наши кабинеты.

Я задумчиво почесала кончик носа. Надо подать Ричарду идею подыскать новое место для нашего агентства. Где-нибудь на крупной шумной улице, сразу же от клиентов отбоя не станет. А пока — скука смертная. Название агентства интригует и вывеска-то красивая, только толку во всем этом? В наш узкий проулок редко кто заглядывает.

Я еще раз почесала нос и решительно подтащила кресло к дверям. По-моему, надо немного поправить табличку. Как-то она покосилась.

И, скинув ботинки, я залезла на сидение. Потянулась к табличке и тут же поняла, что слегка переоценила свои силы. Все равно не достаю.

Я мысленно посетовала на свой невысокий рост. Эх, была бы я как Ричард! Затем небрежно задрала платье повыше, обнажив щиколотки, и попыталась вскарабкаться еще выше — на спинку кресла.

В следующую секунду дверь резко распахнулась.

И это оказалось настоящей катастрофой, потому что открывалась она внутрь. Задела при этом кресло, и оно начало заваливаться набок.

С коротким испуганным возгласом я полетела на пол. Локти и колени заранее заныли в предчувствии неминуемого приземления.

Но упала я в заботливо распахнутые объятия Фарлея, который с легкостью подхватил меня.

— Агата, ты в своем репертуаре, — с улыбкой проговорил блондин, не торопясь поставить меня на пол.