Поцелуй феи. Книга1. Часть2

– Тогда чего вам и беспокоиться?

– Да ты же фею обижаешь, чёрная твоя душа. Отпусти её.

– Я её не обижаю. Она счастлива со мной. Всё время. Не хочет расставаться даже на минуту.

– Сейчас придём мы ко мне, мой сын и внук скрутят тебя и наподдают хорошенько, – пообещала старушка. – Так, что долго не забудешь потом. Поучат тебя уму разуму.

– Что же они за хворостом не пошли, раз они у вас есть и дома? – подивился Рун.

– Да некогда им. Дел полно.

– У меня вот тоже дела. Но помогаю же.

– Ты-то грехи искупляешь.

– А они святые?

– Порядочные. Вон он мой дом, сынок. В конце улицы виднеется.

– Ну тогда я, пожалуй, дальше не пойду. Простите. Не хочется драться. Сами как-нибудь донесёте.

– Ох, сынок, у меня спина болит. И ножки, – с комично не очень правдоподобным притворством пожаловалась старушка. – Донеси, а?

– Нет, – Рун сбросил вязанку со спины.

– Донеси, раз уж взялся. А то прокляну.

– Так вы меня вроде и так проклясть собрались, – молвил Рун.

– А так ещё сильнее прокляну.

– Вот и делай добрые дела, – посетовал он с сожалением. – Знаете. Я пожалуй третьим желанием загадаю у феи, чтобы все проклятья, что на меня сыплют, на тех кто проклинает и возвращалась. А волшебство феи сбудется обязательно. Так что вы теперь… обходите отхожие ямы стороной. А то как бы не провалиться. Жалко будет, если утонете. Некому хворост станет заготавливать для сына вашего и внука. Замёрзнут ещё.

Старушка посмотрела на него в растерянности, промолчав.

Рун развернулся и быстрым шагом пошёл прочь, не оглядываясь.

До замка Рун добрался не сразу, и не без приключений. Обратно через город он шёл уже не под вязанкой, его быстро узнали, причём узнавший не постеснялся тут же объявить об этом во весь голос окружающим: «смотрите-ка, это ж жених феи». А дело было на относительно многолюдной улице, к тому же дождь недавно перестал, прохожих вокруг тотчас поприбавилось. В результате весть о нём, словно по цепочке, мгновенно передалась молвой вперёд, и на протяжении довольно продолжительного отрезка пути на него пялились, даже из окон народ высовывался.

И мало того, что пялились. Рун к удивлению своему обнаружил довольно выраженную нелюбовь к себе у многих. Похоже, не одна старушка с вязанкой испытывала к нему неприязнь. Конечно, не у всех это было, кто-то поглядывал с любопытством, но кто-то и с осуждением, и даже с гневом в глазах. Хотя было и прямо противоположное.