Три башенки и бездонная пропасть

– Что? Всюду только и слышу – иди вон! Лучше бы я умерла вместе с т… вместе с родными! Не мучилась бы теперь!

— Умерла?

Он стремительно отошёл к окну и присел на подоконник. Показалось, ему отказали ноги, но этого быть не могло. В его ранее прозрачных глазах заволновалась буря, заходили волны, а зубы вдруг сжались.

— Зачем вам умирать, мисс Ильза? – строго спросил он.

— Потому что всё равно я никому не нужна! Даже вы, единственный мой родственник, кому могла оказаться небезразличной моя судьба, даже вы вышвыриваете меня за ворота! Как бродяжку какую-то!

Больше не в силах ничего добавить, я снова пустилась рыдать.

Он решительно встал, отвернулся к окну и взволнованно взлохматил свою и без того всклокоченную шевелюру. Как ни странно, его кудри от этого не спутались, а легли ещё красивее. Он выглядел так естественно в своей растерянности, так искренне переживал и сочувствовал – может, всё же великий актёр? Не всегда актёрское мастерство – следствие труда, иногда это дар, талант от природы.

— Оставайтесь, так и быть.

В гостиную вошёл тот самый пожилой слуга, теперь на его шее, как и положено, был застёгнут белый воротничок.

— Прикажи устроить нашу гостью. Моя любезная кузина некоторое время у нас погостит.

Облегчение было огромным. Благодарность тоже о себе заявила, но её я оставила без подпитки и заставила уйти. Вытерла остатки влаги с щёк. Рыдать причин больше не было, зато остался другой вопрос.

— Я не одна. Со мной слуга и домашнее животное.

— Устрой их всех. – Кивнул граф. – Потом придёшь ко мне, мне от тебя кое-что нужно. Идите, мисс Ильза. Идите и помните – вы сами того захотели!

Глава 5. Места и люди

Я поспешила выполнить пожелание милорда, не обращая внимания на последнюю странную фразу. Не стоит ждать, пока он снова передумает.

Ужин я попросила подать в комнату, которую мне выделили для проживания. Она оказалась уютной и чистой: пусть не новая, но крепкая мебель, красивый, хотя и выцветший балдахин над кроватью, картины с потрескавшейся краской, на которых изображен летний деревенский праздник, и, конечно, небольшой камин, отделанный рыжим деревенским кирпичом, часть которого отсутствовала, видимо, выпала от старости.

Граф проживал в другом крыле замка. Моё, гостевое, сейчас пустовало, но по поддерживаемому в помещениях порядку легко сделать вывод, что, несмотря ни на что гости тут бывали и, возможно, бывали часто.