Дневник пакостей, или как влюбить в себя некроманта

— Разве там сейчас не музей его имени?

— Музей, — подтвердил Норвуд, задумчиво ведя пальцем по переплетениям линий.

Я нахмурилась, разглядывая схему. Если ей верить, артефакт должен быть спрятан прямо на первом этаже. Какая-нибудь потайная комната? Подумать только, и это в доме, где каждый день толкаются десятки самых разных людей!

Норвуд вдруг прищелкнул пальцами, и на карту мгновенно опустилась черная непрозрачная завеса маскирующего заклинания.

— Простите, Эрми Эрвиш, — проговорил он, когда я с удивлением на него взглянула.

— Но ваше участие в этом деле завершено.

Ишь какой. На самом интересном моменте взял и все спрятал.

— Надеюсь, вы не обижаетесь на меня? — спросил он с лукавой усмешкой.

— Нет, что вы, — буркнула я, стараясь придать себе как можно более равнодушный вид.

По всей видимости, получилось плохо, потому что на дне зрачков Норвуда тут же запрыгали озорные искорки.

— И я с превеликим удовольствием хочу принести вам свои самые искренние извинения, — торжественно провозгласил он.

— Я ошибся год назад на выпускном экзамене. Вы прекрасный специалист и настоящий профессионал.

— Благодарю покорно, — в тон ему отозвалась я, хотя — что скрывать очевидное — в груди приятно потеплело после слов Норвуда. Кашлянула и спросила: — Полагаю, теперь я могу отправиться домой?

— Домой? — Норвуд высоко взметнул брови. — Эсми, сейчас глубокая ночь. Эмили приготовила вам комнату.

— Да, но... — пробормотала я, как-то не слишком воодушевленная мыслью о том, что придется провести ночь под одной крышей с некромантом.

— Или вы думаете, что я прокрадусь к вам под покровом тьмы и обесчещу? — с привычным сарказмом осведомился он. — В таком случае вы переживаете зря. — Подался вперед и вкрадчиво добавил: — Хотя... Если вы вдруг пожелаете прокрасться в мою спальню и обесчестить меня... сопротивляться не буду.

Я так устала, что сил огрызаться уже не было. Демоны с ним! И потом, Норвуд прав. Одна мысль о том, что после столь напряженной работы мне придется ехать через весь город, навевала настоящий ужас.

Как-то внезапно азарт и радость от успешно завершенной работы схлынули. И я почувствовала, как спину нещадно ломит после долгих часов стояния в неудобной позе, а колени так вообще мелко дрожат.

— Ладно, — холодно обронила я. — Вы правы. Но помните, что завтра наши пути навсегда разойдутся. Я искренне и от всей души надеюсь, что вы больше никогда не появитесь в моей жизни.

Норвуд ни капли не обиделся.