Ведьмин род

Бывшие одноклассники не желали общаться друг с другом, Федорцов страдал раздвоением личности, Настя из серой мышки превратилась в гламурную красавицу, саму Веру обозвали толстой, а тут еще и мертвый мальчишка с туманными предостережениями. И Настя все плачет, Вера от этого страдала больше всего, потому что всем сердцем жаждала помочь ей, но не знала, как.

– Просто выслушайте! – настаивал Антон, не заметив общего настроения девушек. – Вы должны немедленно покинуть дом. Все!

– Черта с два! – всхлипнула Настя, зло сверкая глазами.

– Этой ночью свершится месть, все, кто останется, умрут.

Фарс медленно переходил в триллер.

– Давай по порядку...

Когда призрак исчез, Настя без сил опустилась на землю. И потерла сознание.

Еще со двора ощущалось нешуточное напряжение в доме, и слышались громкие раздраженные голоса. Из дверей торпедой вылетел Федорцов и, размахивая руками, как крыльями, понесся к подругам.

– Это просто кошмар какой-то! Гадюшник! – он затормозил возле них и шумно выдохнул.

Вера безнадежно махнула рукой, другой придерживая вяло бредущую Настю за талию:

– Ничего. Все нормально.

– Да? А с ней что?

– Перегрелась, тепловой удар.

Федя с сомнением покосился на солнце, потом на Анастасию:

– Ладно, не хотите, не говорите, – он фирменным жестом передернул плечами, – А у нас тут ЧП.

По дороге он рассказал, что Марина чуть не скатилась с лестницы, и теперь утверждает, что ее кто-то толкнул в спину. Только ей никто не верил, кроме лучшей подружки Ирины.

– Надеюсь, она не сильно пострадала?

Вера оставалась собой в любой ситуации и в первую очередь подумала о состоянии пострадавшей.

– Да что с ней станется? Она в огне не горит, в воде не тонет, как настоящее г... – Ромка поперхнулся несказанным словом и умолк. Вера довольно кивнула, одной жертвой стало меньше.

– Тогда помоги мне довести Настю до постели, – попросила она. – Ей что-то совсем нехорошо.

Федорцов не поверил в историю с тепловым ударом – солнце еще не вошло в зенит и грело не в полную силу, но в помощи, конечно, не отказал.

Гости стояли на ушах. Марина рыдала и заламывала руки, верная Ирина подвывала из солидарности. Присутствующие разделились на два лагеря, “за” и “против”', только хозяин сохранял спокойствие и не скрывал своего скепсиса. На скромную процессию из трех человек никто внимания, к счастью, не обратил. Только Вере в какой-то момент показалось, что кто-то провожает ее заинтересованным взглядом.