Ведьмин род

Вера наша себе местечко в тени, подальше от воды, и села прямо на траву. Стоит ли говорить, что рядом тут же плюхнулся Ромка?

– Я тут посижу, ага?

– Почему не купаешься?

– Не люблю воду, знаешь ли, – поморщился он. – С детства.

Вера не знала. Интересное дело, но только сейчас она задумалась о том, что вообще очень мало знает об этом человеке. Он ни разу не приходил за помощью к ее бабушке и уж тем более к ней самой. Много разговаривал, но не говорил о себе. Со всеми общался, но ни с кем по-настоящему не дружил.

– Не ломай голову. Наслаждайся солнышком, приятным обществом...

– Это твоим что ли?

Настя склонилась над ребятами и от души потрясла мокрыми волосами.

– Фу, отстань! Какая гадость, – Роман спрятался за Веру, хотя получилось у него это из рук вон плохо. Вспомнив про его неприязнь к воде, девушка сдвинулась, защищая парня от брызг.

– Нет, ну вы чего? – Настя выпрямилась и обиженно надула губки. – Федь, вылазь, подлый трус. Я больше не буду.

Бывшие одноклассники разбрелись по парам и тройкам, мало пересекаясь друг с другом.

– Не похоже это на встречу выпускников. Скучно, нет радости. Вот для чего мы здесь собрались?

Федорцов промолчал, а Настя достала из сумочки очки, водрузила на нос и серьезно посмотрела на подругу:

– А ни зачем. Оглянись вокруг. Эта встреча никому не была нужна. Ни тебе, ни мне, ни Федьке, ни даже самому Холодову. Смотри на это как на дань традициям. И, – она неожиданно хихикнула, – наслаждайся отдыхом.

Девушка ободряюще улыбнулась, потом ее взгляд поднялся выше, куда-то над плечом Ромы, и она оживилась:

– Ладно, ребят, я на минутку. Скоро вернусь.

Вера повернулась, провожая Настю взглядом, но так и не поняла, что та увидела. Только на сердце отчего-то стало тревожно. Ведьмочка попыталась убедить себя, что безотчетный страх, нападающий на нее временами, лишь результат безумных событий, случившихся с ней не так давно.

– Эй, ты в порядке?

Прикосновение Федорцова словно вырвало девушку из паутины тяжелых мыслей.

– Да, просто перегрелась, кажется.

Солнце загородила чья-то тень, и ехидный голос поинтересовался:

– Загораем, голубки?

Парень прошипел что-то сквозь зубы, а Вера силилась рассмотреть лицо говорившего. Точнее, говорившей, потому что, кажется, это была Ирина. Или Марина.

– Вообще-то все купаются. А вы что сидите?

– Не хотим, – буркнул Рома.