Ведьмин род

– Что случилось? Что-то с Аней?

– Да, – ответила самая словоохотливая из зевак, странно так поглядывая на юную ведьмочку. – Она пыталась покончить с собой.

К ним присоединились еще соседки, каждая из которых добавляла свой штрих к картине произошедшего. Но только Вера понимала, насколько все серьезно. Не нужно было обладать какими-то особенными детективными талантами, чтобы уловить связь между знакомством Ани с низшим демоном и ее ужасными поступком. Что инкуб сделал с ней? Напал и попытался изнасиловать? А надпись на заборе? Ее оставили до или после этого?

Вера не стала возвращаться домой.

– Что происходит? – Вера от неожиданности даже забыла, как хотела отругать демона за его вечное отсутствие в нужный момент. – Мариус, что ты здесь делаешь?

Демон повернулся к ней нарочито медленно, сверкнув темными глазами:

– Узнаю то, о чем ты не удосужилась мне рассказать.

– Кристин, мы же договорились!

– Прости, подружка, – вид у нее был расстроенный и какой-то помятый. – Но тебя-то он тронуть не может, а вот меня – запросто.

– Она права.

Сейчас, как никогда, Мариус был похож на демона-убийцу, кем, по сути, и являлся. Пришлось выложить все карты. Про Марселя тоже.

– И как долго вы обе собирались изображать Шерлока Холмса и доктора Ватсона? Вера, это тебе не книжки читать. На кону может стоять твоя жизнь. Ты понимаешь?

Девушка понурилась, чувствуя себя провинившейся школьницей:

– Понимаю.

– Вот и отлично. Поиграли в сыщиков и хватит. Теперь мой черед.

Вере стало страшно за нового знакомого. Факты были против него, но она изо всех сил сопротивлялась страшной правде.

Когда Мариус без предупреждения исчез, Кристина вздохнула с облегчением.

– Максим, значит. Инкуб. Это многое объясняет.

– Что, например? – раздраженно буркнула Вера.

– Например, то, что ты так рьяно его защищаешь.

– Неужели ты думаешь, что после того, как проводил меня, он пошел насиловать Аню?

Крис не ответила, но зеленые глаза ее говорили все без слов.

С того дня Вера постоянно думала о Марселе. Доверчивость и наивность в ней вели ожесточенную борьбу с доводами разума. И чем весомее становились аргументы рассудка, тем больше ей казалось, что все не так просто.

Дождь только закончился, и в открытую форточку веяло прохладой и свежестью, которая бывает только после бурных майских гроз.