Ведьмин род

Лицо горело от близкого огня, блузка липла к телу, а земля опасно вздрагивала под ногами.

– А как зовут твою подругу?

Кристина неожиданно замялась, а Вера, не чувствуя ни рук ни ног, вдруг сказала:

– Вера.

– Что?

– Я Вера.

Собственный голос донесся до девушки словно издалека. Безымянный блондин посмотрел ей в глаза. Прямо, жестко, как тогда, на ступенях. Через все тело прошел электрический разряд. Его глаза оказались не ясно-голубыми, как показалось Вере в первый раз, а васильковыми, более светлыми у зрачка, и с почти фиолетовым ободком радужки.

Это было похоже на боль. Мышцы заныли, а дыхание стало прерывистым и неглубоким, и каждый вдох давался с трудом. Что, что с ней происходит? Девушка не знала.

– Извините, мне нехорошо... – пробормотала Вера, пряча лицо в ладонях. Кристина осторожно обхватила ее за плечи:

– Эй, ты в порядке? Вер, ответь.

К ним подбежали, весело щебеча, две девушки в костюмах танцовщиц. Сквозь пальцы Вера видела, как они с двух сторон прижались к парню и мягко потащили его назад, на танцпол.

– Марсель, котик, тебя все заждались.

– Да, да. Пойдем быстрее!

Девушки повели его прочь, и Вера сквозь щель приоткрытой двери заметила Аню, лицо которой напоминало скорбную маску. Все произошло так быстро, будто бы просто привиделось, но осталось неприятное чувство безотчетного страха перед тем, что могло случиться. Ах, если бы только знать наперед!

По дороге Кристина только и говорила, что о Марселе. Вера впервые видела подругу такой – выбеленные пудрой щеки пылают, взгляд мечтательный, а движения резкие и какие-то взбудораженные.

Все это она отметила отстранено, будто читала книгу, а не наблюдала перед собой, прямо сейчас.

Голова все еще немного кружилась, и Вера была рада распрощаться с Кристиной и остаться, наконец, в тишине. Столько всего удивительного за один вечер, подумать только! Слабость начала потихоньку отступать, Вера ускорила шаг и вдруг почувствовала на себе взгляд. Даже не взгляд, а Взгляд.

Спина моментально покрылась мурашками. Только сейчас девушка заметила, что луна успела скрыться за тучами, а то, что она принимала за шум машин, оказалось раскатами близкого грома. Идея пройтись пешком уже не казалась такой замечательной. Вера была на шоссе совсем одна, а майская гроза наступала на пятки.

Она никогда не считала себя храброй, скорее даже робкой, и это утверждение было недалеко от истины. А уж молний боялась с раннего детства.