Пляж, вояж и желтый саквояж

“Побег” яростно зашипел и раскрыл круглую зубастую пасть.

– Ага. Я вижу.

– Лучше приступайте к своей работе, – приказал Мэллори совсем другим тоном, который Одри слышала у него впервые. – Если не ошибаюсь, вам заплатили за сутки, так что не будем оттягивать.

– Ты мои деньги не считай, – оскалился Георг, и лезвие тесака опасно поблескивало, пока еще оставаясь на поясе проводника. Но все могло измениться, – пока я тебе зубы не пересчитал. Красавчик.

Последнее слово он почти выплюнул Заку в лицо, но тот остался невозмутим.

Демонстративно посмотрел на часы.

– Скоро и считать будет нечего, вы так не думаете?

– Давай-ка отойдем и перетрем ситуацию наедине, – предложил проводник, и Зак сразу согласился.

Пока мужчины выясняли отношения, а девушки охали и ахали, Одри заметила в траве мелкую зверушку со смешно оттопыренными ушами. Та словно почувствовала ее взгляд и стала медленно подходить, мило пофыркивая. Одри помнила о словах проводника, но милый пушистик трогательно потерся о ее ботинок, как будто выпрашивал угощение.

Сердце Одри дрогнуло. Но едва она наклонилась, чтобы погладить мохнатую мордочку, Георг мгновенно оказался рядом и плечом оттолкнул ее в сторону. Одри отлетела на несколько шагов и больно приложилась спиной об землю. 

– Вы что себе позволяете? – ахнула она. От боли выступили слезы. Все произошло так быстро, что она почти ничего не успела понять, как, впрочем, и никто другой. Сильвер запоздало кинулся к ней, помогая подняться.

– Ни к чему не прикасаться без моего разрешения! – проводник поднял вверх руку, на которой висела эта милая зверюшка, впившись в ладонь многочисленными зубами.

 

– Да что это такое! Я требую отмены экскурсии! – Виола побледнела, видя, как неизвестная живность рвет кожаную перчатку в клочья. 

– Могу вас только огорчить, связь с телепортационным залом отеля только в конечном пункте похода. Накладочка у вас вышла, ребятки, хорошо еще, что в нужную точку попали, и взбесившийся телепорт не распылил вас по всей Ойкумене.

Поэтому если не желаете ночевать в этом гостеприимном месте, шевелите булками!

Георг отшвырнул зверушку в кусты и снял разорванную в хлам перчатку. Одри представила, что стало бы с ее рукой, погладь она эту зубастую штуку, и тоже побледнела. 

– Простите, что толкнул вас, – Георг отстранил Сильвера в сторону и осмотрел Одри, отряхивая ее одежду от пыли и прилипшей листвы. – Времени не было окликать, и я не рассчитал с габаритами.