Пляж, вояж и желтый саквояж

Потом они с Сильвером немного поболтали возле самого берега, он - сидя на песке, а Одри - лежа на животе, наполовину скрывшись в воде. Когда начало слишком припекать плечи, Одри засобиралась обратно в номер. В голову пришла запоздалая мысль про солнцезащитный крем.

По дороге им встретились знакомые лица.

– О, и вы тоже выбрались? Здесь здорово! – помахал им парень из их группы, тот самый молодожен в ярких зеленых шортах и распахнутой оранжевой рубашке. В руке у него был разноцветный коктейль с длинной лабиринтообразной трубочкой, утыканной цветками и кусочками фруктов.

Его жена приветливо улыбнулась.

– Мы с Коннором обязательно пойдем, – сообщила она. – У нас свадебное путешествие.

– Очень заманчиво, – отозвался Сильвер, хотя по его виду сложно было судить о его настоящих мыслях.

– Я бы хотела, – сказала Одри. Добавлять, что ни разу не была на вечеринках масштабнее студенческой, не стала.

– А ты пойдешь, Айзек? – спросил Коннор у рыжего парня, флегматично потягивающего коктейль на соседнем шезлонге и читающего книгу. Зеркальные солнцезащитные очки делали его и так не слишком эмоциональное лицо совсем непроницаемым. – Эй, Айзек!

Похоже, все успели перезнакомиться, и у Одри появился отличный шанс восполнить этот пробел.

– Меня зовут Одри Брук, – сказала она. – Я из Глории.

– Коннор Орсман, а это моя жена, Линси Орсман.

Рыжий повернул голову, не спеша, поднял очки и кивнул.

– Айзек Хобб. Медмаг. Родился в Эре, работаю в Визании.

Он нацепил очки обратно и снова открыл книгу. Что он в ней вообще видел, в темных-то очках?

– Не обижайтесь на него, – тихо попросила Линси. – Кажется, он из тех, кто не очень любит компании.

Одри кивнула и повернулась к Сильверу.

– А ты слышал насчет вечеринки?

– Нет. Полагаю, наш гид счел ее недостойной внимания. 

– Мы прочитали объявление на ресепшн, – сказала Линси. – У бассейна, представляете? Это никак нельзя пропустить.

– Если вы так говорите, – улыбнулся Сильвер, – возможно, это действительно так.

Одри для себя уже решила, что пойдет. Пока сидела в номере и разбирала вещи, поняла: не для того она согласилась сюда приехать, чтобы отсиживаться в тенечке.