Волчья книга. Том I. Аконит

– В кроличью нору и обратно, – пробормотала еле слышно.

– И какую же бродяжку ты притащил на этот раз, Артём? – голос Шарли такой конфетный, приторный, такой надменно-злой, резал без ножа, царапал горло, оскорблял слух.

– Куколка должна молчать и открывать ротик ради другого дела, – ответила также сладко, как говорила она. – Не выходи из образа, дорогая, а то все подумают, что ты не стараешься.

– Она мне нравится! – рассмеялся парень, лежавший на коленях у Шарли.

Он моментально получил не сильный удар от неё, обиженно воскликнул «ай!», поднялся и под недовольный взгляд девушки ушёл к кролику и обнажённой «волчице», которая обхватила его руками, прижимая к груди.

– Так значит язычок у нас подвешен, – цокнула Шарли, поднимаясь и вставая напротив меня. – Какой замечательный грим, ты просто милашка, так гротескно-натурально. Играешь жертву?

– Я могу и так, и так, – в ушах зазвенело, но губы расползлись в улыбке. 

Наклонившись вперёд, почти коснулась её губ.

– Ведь ты тоже любишь играть?

– Эй! – возмутился Артём, отводя меня в сторону. – Ты пришла со мной!

– Она забавная, – Шарли облизнула губы. – Но…

– Я лишь пришёл забрать своё, – оборвал её Артём, моментально нахмурившись.

Брюнетка с татуировкой рассмеялась, а затем наклонилась к Коту и что-то прошептала на ухо, это подслушал второй парень, от чего его улыбка стала ещё более неприятной и широкой. Именно он подхватил со стола небольшой бумажный пакетик с отпечатком волчьей лапы и изысканным жестом протянул мне, стоявшей ближе всех.

– Артём! – почти прорычала она. – Он не одобрит!

– Не ты здесь главная, – спокойно ответил парень, обхватывая меня за талию. – Пошли отсюда, красавица? – прошептал на ухо.

Я помахала рукой Шарли и мы покинули клуб.

* * *

– Где мы?

Ночь в полном разгаре. Звёзды как миллиарды горящих капель в небе, гудят, зовут и тянут в вечность, подобно бездне, подобно тому, как мы всматриваемся в бесконечную тьму. Первые холода пока ещё мягко касаются разгорячённых тел, в них не присутствует опасность, в них нет острых граней, нет кристальной свежести мороза, но именно эта обманчивая мягкость, вкупе с первыми по-настоящему северными ветрами, таит истинную угрозу.