Девушка и звездолёт

– А всё равно, мы молодцы! – не получивший поддержки с одной стороны, Олег ударился в другую крайность. – Только представьте, Вадим Евгеньевич! У нас – и собственный мир. А негодяев и дураков мы на перроне оставим...

– На каком ещё перроне? – не понял Вадим.

– Да, фильм такой был, старый, советский... – поторопился объяснить Олег. – Там один из героев так и говорит другому, что идёт поезд в коммунизм, а негодяев и дураков мы на перроне оставим. И ведь, согласитесь, именно так и вышло...

– Этот твой новый мир мы быстро сделаем похожим на старый, – отрезал Вадим.

– То есть, как это, «сделаем похожим на старый»? – Олег едва не подпрыгнул. – Вадим Евгеньевич, да что вы такое говорите? Есть же дедушка, Арсений Олегович... Вы... Рунёвы – знаете, что Вика в вас влюблена? Серёга Волков, Никита Денисович, Митрохины... И с такими людьми, с такими товарищами как может наш новый мир стать похожим на старый?..

– Скажи!.. – осторожно начал Вадим, которого ребячливость собеседника в сочетании с тревогой перед предстоящим подъёмом начала откровенно раздражать.

– То есть, как это, «чем является»? – снова удивился Олег. – Справедливое общество построить, социализм. Как в Советском Союзе, с общественной собственностью на средства производства, с бесплатным жильём, образованием и медициной, с оплатой строго по труду и обязательностью труда для всех. Разве что у нас не будет всеобщей советской уравниловки, а колхозы будут представлять собой ассоциации личных хозяйств, работающих на общественной земле.

– Ну да, конечно же... – усмехнулся Вадим. – «Социализм», «Коммунизм», «Справедливое общество», «Новый Советский Союз», попробовать ещё раз... Так вот, гражданин и патриций Аресийской Советской Республики Олег Жолниров! Плюньте на это. Слюной. С самой высокой колокольни. Потому как истинный смысл нашей затеи – построить дачу на максимальном удалении от городской черты.

– Вадим Евгеньевич! – Олег даже слегка привстал.

– А ты сам подумай, – отвечая, Вадим не забывал время от времени поглядывать на приборы и на обзорный экран. – Чего мы все хотим, если хорошенько разобраться? Мы хотим, чтобы проблемы большого мира, с его преступностью и наркоманией, с его глобализацией и толерантностью, с его безумным и порой бессмысленным техническим прогрессом нас не касались.