Стихийник: Сердце бури

А торговцы, которых было немало для отдаленной глухой деревни, уже зазывали попробовать свежих булок, настойки на ягле или прикупить лечебных кореньев. И всё дышало энергией и жизнью.

В отличие от рудника, тут Иола словно просыпалась, выходила из оцепенения. К ней возвращался азарт и жажда приключений.

То, о чем она могла только мечтать, в этом месте обретало иной смысл. Тут она не боялась быть собой, тут народ был приветлив и охотлив на доброе слово, и, несмотря на то, что она была единственным человеком среди них, не считая Айлеха, она никогда не чувствовала себя изгоем.

Иола, улыбаясь своим мыслям, в которых свобода Айлеха чувствовалась острее, украдкой оглянулась и свернула с глиняной дороги, что вела к дому плотника, чтобы добежать до кузницы, где невысокого роста сид с пышными рыжими усами, пенял мальчишке за плохой жар в печи.

– Ну как, как ты это делаешь, Одо?! Резче, резче нажимай на меха! Что, сил нет?

Улыбка Иолы стала шире:

– Доброго здоровья, Иль Син! Не ладится работа?

– Да как тут сладишь, если у моего бездаря руки не из того места растут! – Приземистый гном не удержался и дал подзатыльник сыну, который был невысок, но плотно сложен, имел карие глаза и рыжие волосы, собранные в тугой пучок.

Увидев Иолу, Одо Син расцвел, как летняя ивелла, а кончики его заостренных ушей покраснели.

– Здравствуй, Иоланта!

– Здравствуй, Одо.

– Ну, во-о-от, теперь он и вовсе работать разучится,– видя смущение сына и блеск в его глазах, пробормотал мужчина, сокрушённо качая головой.

– Не ругайтесь, Иль Син, я думаю, у Одо всё получится. Он очень смышлёный.

Мужчина хмыкнул в усы:

– Этого не отнять. А ты чего хотела, девочка? Что-то Ильге потребовалось, или просто так забежала?

– Просто так, – улыбнулась Иола. – Позволите, уважаемый Иль Син, увести Одо на некоторое время? Мы давно не виделись...

– Чего ж не позволить… Может, передохнет и энтузиазма прибавится, – доброжелательно хохотнул сид и подмигнул сыну, перехватывая из его рук кузнечные меха.

Иола не стала терять времени: потянула Одо в лесок за кузню и села на поваленный ствол, что считался их укромным местом. Здесь их не могли подслушать. Со смущением приняла от парня неловкий комплемент о красиво зачесанных волосах, хотя коса ее давно растрепалась, и умоляюще протянула:

– Одо, мне очень нужна твоя помощь.