Избранница черного мага

- Каков наглец! – кажется, в словах Темного Лорда прозвучала толика восхищения. - Ты должен быть благодарен мне за то, что все еще жив. Думаешь, я не понимаю, что ты хочешь мести нерадивому папаше за то, что он сделал с тобой и твоей матерью?

Раулт отпрянул, понимая, что ему, в самом деле, приходили в голову такие мысли. 

- За тобой я, по-твоему, должен пойти, рискнув теми, кто мне доверился? Ты даже не представляешь, как сильно в этом ты похож на отца! 

- Дильвор! – воскликнула Тэллин.

- Тэллин, ты теряешь голову от чувства вины, я из уважение не говорил, но сейчас ты близко к опасной черте, - привстал со своего места Дильвор, - Все, что случилось – данность, с которой нам всем приходится жить.

Раулт развернулся к волшебнице, не в силах поверить, что много дней уже был знаком с той, что являлась ему в детских мечтах. Ее лица он никогда не мог себе четко представить, и вот сейчас она была совсем рядом… Тэллин выбежала, не взглянув на Раулта.

Раулт нехотя обернулся и увидел, как Эйден крепко прижал Дильвора к стене.

- Дея, ты извинишься перед Тэллин, - прошипел альма. – И дослушаешь его потом!

Дильвор тяжело дышал, исподлобья глядя на друга.

- Ты сам не меньше похож на Лиррина, считая, что темные умения открыли тебе чужие души! Это просто обрывки мыслей, непросто различать в них где правда, а где ложь. Меня тошнит от твоей самовлюбленности!

С этими словами Эйден отпустил Дильвора.

- Давай, говори, - сказал Дильвор, утерев струйку крови, которая шла у него из разбитого носа. – Ты ведь так старался.

Раулт собрался с мыслями.

- Думаю, он владеет Посохом Белого Лорда. Он изменил судьбу Катарины, поэтому она не может умереть.

Все взглянули на Эйдена.

- Такое возможно? – спросил Темный Лорд.

Тот кивнул.

- Да, только за это ему пришлось бы заплатить собственной судьбой и долго учиться. Непонятно, когда к нему попал артефакт.

- Как раз ясно, - вздохнул Тиннок. – Когда он добился опеки над Инаром, то и забрал эту вещь из хранилища. Лиррин убедил совет в том, что Белый Лорд в порядке и рвется помогать миру.

- Тогда я понимаю, почему Стихия отвернулась от меня, - хмыкнул Эйден, - я позволил негодяю присвоить себе артефакт.