Избранница черного мага

– Я практически вернулась из мертвых, потому что не могла жить без тебя.

Эйден ее обнял и они еще довольно долго простояли так. Наконец он вынужден был покинуть собственное жилище. 

Эйден отправился домой к Эрлу и пока ждал в засаде с удивлением выяснил, что дома один из самых жестоких палачей оказался примерным семьянином. Эта картина показалась ему такой же неправильной, как и вся светская жизнь, которую исковеркала Катарина. Снаружи дворец выглядел прекрасным, блестящим украшениями, а внутри был полон разврата и безумия.

К сожалению, Эйден знал, где истина и на счет Эрла он практически не сомневался. Доброту и жестокость невозможно совместить в одном существе, если это существо вменяемо.

Эйден прошагал в кабинет дознавателя, когда тот распрощался с детьми. Лицо Эрла стало похоже на пергаментную бумагу – так он был испуган или удивлен. 

- Я от канцлера, - соврал Эйден.

- Что ему нужно? – голос Эрла дрогнул.

- То же, что и от других. Послушание, - оскалился черный маг и раскрыл ладонь, на которой поблескивала спица.

Лиррин настолько запугал собственное окружение и приучил его к эксцентричным выходкам, что Эрл даже не стал спрашивать, почему. А это был бы очень разумный вопрос. Эйден не стал медлить и воткнул в шею дознавателю инструмент канцлера, тут же к черному магу потянулись темные нити. Марионетка была в его руках, а, значит, вход в подземелья Лиррина открыт. 

Эйден догадывался как попасть туда и приказал Эрлу шагнуть в открытый портал. Только дознаватель мог воспроизвести тот магический ключ, что снимал полог невидимости с дверей в старинные подвалы замка матери Лиррина, в незапамятные времена принадлежавшие так же Инару.

На поверхности от здания почти ничего не осталось – только полуразрушенные арки и изъеденные временем камни, которые некогда были основанием стен.

Вокруг шумел непроходимый лес и понять, что здание еще чему-то служило, было трудно, однако Эйден ощущал слабый магический след, но так бывает в тысяче мест, где некогда обитали те, кто умеет призывать Стихии.

Вплетать в стены жилища чары – нормальная практика. 

Эрл словно заведенная кукла прошагал к одинокой колонне, остановился рядом и начертил в воздухе знак. Песок осыпался, открывая лестницу. Эйден посмотрел в подвал и передернул плечами. В тайниках канцлера точно не скрывалось ничего хорошего, но только так можно было его победить. 

Эйден зашагал вниз, вслед за Эрлом, чутко прислушиваясь к эху собственных шагов.