Кровь ведьмы

Но я не сняла, потому что все-таки еще голова нормально работала.

Интересно, как скоро здесь узнают, что нет больше лорда миражских земель? Как скоро теперь прекратится война?

Дышать стало невмоготу, голова закружилась от печальных мыслей. Стоило опустить веки, как я видела его глаза, теряющие цвет.

«Нельзя плакать! Нельзя!» – повторила про себя, сжимая кулаки.

– Эй, – кто-то толкнул меня, – ты чего молчишь? Говорю, чего кошка мелкая такая? Больная?

– Нет, – ответила, вынырнув из мрачных мыслей. – Мурчелла совершенно здорова.

Кошке принесли молока, но ее оно не интересовала, Мурчелла увлеченно грызла кусок мяса, сидя прямо в тарелке одного из наемников, а тот смотрели на нее с умильной улыбочкой. Я и сама улыбнулась.

А потом мы еще выпили. И еще. Я осмелела, поняв, что ничего со мной страшного не делается. И тепло такое приятное разливается. Не страшно ведь совсем. Наоборот, хорошо так становится. Только почему-то я никак не могу разобрать, что они говорят. Отдельные слова понятны, а общая суть ускользает.

Кайвин почему-то оказался рядом со мной. Я повернула голову и разглядывала его профиль. Волосы почти как у меня, золотистые, слегка вьющиеся, мягкие. Только у меня длиннее. Были длиннее, а теперь короче. И глаза у него мои, зеленые. Может, и впрямь, мы с ним братья. Между мной и Керхом сходства и то меньше. Мне так захотелось прикоснуться к его волосам, пропустить меж пальцев золотистые пряди. Потянулась к нему, но расстояние между нами оказалось больше чем, я рассчитывала.

Мир вдруг кувыркнулся, мелькнул потолок и резкая боль зазвенела в голове.

– Кто меня ударил! – взвизгнула, но ответили мне совершенно нечленораздельными звуками. А потом мир опять перевернулся, и куда-то все поехало.

– Да что вы творите! Поставьте таверну на место! Хватит тут вертеть все! – но говорить почему-то становилось все труднее. В горле пересохло, а язык будто распух, теперь во рту не помещается, и мне пришлось его высунуть.

По-моему, надо мной опять смеются.

Потолок все еще вращался, но, кажется, только потолок. Я вдруг оказалась лежащей на чем-то мягком. Кровать, будто бы. А если глаза закрыть, то вообще все крутится, и мне приходится держаться, чтобы не упасть. Какая-то дурацкая магия! А веки такие тяжелые, что невозможно удержать глаза открытыми. Цепляюсь изо всех сил за кровать, чтоб не упасть, когда пол и потолок меняются местами.