Кровь ведьмы

Кайвин делал выпад за выпадом, но не мог достать латника. Миражец его попросту изматывал. У Кайва меч тяжелее, хоть и длиннее, а воин проворней, кругами водит, заставляет ошибиться. Может, я не слишком разбираюсь в ратном деле, но такая тактика известна каждому. Кроме Кайвина, видимо. Удары он наносил тяжело, будто роняя меч на противника.

Я подобрала здоровенную палку, почти бревно. Размахнулась, едва не утратив равновесия, и саданула воина по голове. Такого миражец явно не ожидал, отвлекся и тут же был проткнут мечом Кайвина.

– А ты не такой дурак, каким кажешься, – улыбнулся он, – То есть дура. Ну, то есть не дура, хотел сказать, – и рассмеялся.

И я почему-то тоже засмеялась.

– Со спины ударил? – спросила я, – Нечестно же.

– Так их трое, а я один, – пожал Кайвин плечами.

– А я, значит, не в счет?

– Один я минус ты.

Подавилась вдохом от возмущения. Вот, значит, как, меня не то, что в расчет не берут, я еще и обуза, получается?

Загребла рукой ком грязи и швырнула в Кайвина. По кирасе растеклась землистая клякса.

– Ну, держись, Рен! – он угрожающе шагнул ко мне. Попыталась отползти, но грязь тут, и впрямь, слишком жидкая, и я забултыхалась как свинья. И звуки соответственные. Вот только хрюкала не я, а Кайвин, пытаясь не подавиться смехом.

– Я теперь вся грязная, – всплеснула руками, – И мокрая!

– Ничего, тебе все равно надо переодеться. Сейчас с трупов снимем доспехи и на тебя напялим.

– С трупов?! Я это не надену!

– Жить захочешь, наденешь. И надо поторопиться, пока они не обделались.

– О, Двуликие, ну что за мерзость? – вскрикнула я.

Скажу вам, раздевать покойников – работа не из легких. Латы снимал Кайвин, потому что я даже не знала, как их вообще стаскивать надо. Я бы и с себя их не смогла снять. Там какие-то крючочки-шпенделечки, момр разберет, как это вообще расстегивается. Но Кайвин, видимо, не первый раз этим занимался. Он ловко вертел покойников, а меня тошнило от одного их вида. Ох, проклятая мреть, неужто мне на себя это пялить придется?

– Думаю, в латах ты просто утонешь, – усмехнулся Кайвин.

– Я это вообще не надену.

– Ну, погляди, – он взял в руки потрепанный акетон, – Почти целый же. На рубаху оденешь, и тепло будет. Хорошая же вещь. Я его специально убил ударом в шею, чтоб одежу не попортить.

– Прелесть какая, – сказала с сарказмом, но Кайвин, кажется, его не распознал.

– Я знал, что тебе понравится. А вот штанцы – только подпоясаться.