Кровь ведьмы

– У вас обязательно получится, – положив руки мне на плечи, произнес Дайн. Никогда не привыкну к его бесшумному перемещению.

– Криво… – всплакнула я.

– Да нет же, – он протянул руку и отобрал несчастную кошку, спрятал в ладонях, – Приглядитесь, в природе ведь нет абсолютной симметрии. Взгляните в зеркало, Ваше лицо не совсем симметрично, и именно это делает людей прекрасными, едва заметное различие. Абсолютная симметрия свойственна неживому, искусственному, а природа совершенна в своем несовершенстве. Разве бывает у кошки абсолютно симметричны окрас? И глаза ее немного разнятся, а пятнышки и вовсе наляпаны как попало.

– Да ладно, – рассмеялась я, – Это же просто фигурка. И никакая она не особенная, просто кривая.

– Не фигурка, а кошка. Самая живая кошка на свете. Взгляните же.

И когда он раскрыл ладони, я увидела, как щурится и смешно разевает маленькую пасть самая настоящая кошка. Она была такой маленькой, размером с новорожденного котенка, но при этом выглядела как взрослая кошка.

– Но как? Как вы это сделали?

– Это не я сделал, а вы. Я лишь немного помог.

Кошечка меньше ладони. Бархатная шерстка в полоску. Она тихонько мяукала, наверное, хотела еды. Такая маленькая, что в пору не ей на мышей охотиться, а самой от мышей прятаться. Она мне очень понравилась.

– Я назову ее Мурчеллой.

– Называй как хочешь, это ведь твое создание, – Дайн осторожно погладил кошечку одним пальцем, и кошка замурчала, оправдывая свое имя, – Я прикажу принести для нее молока, – затем он громко выкрикнул, – Скрыж!

– А она не превратится обратно в дерево? – испуганно спросила я.

– Нет, конечно. Вы, люди, ведь не обращаетесь обратно в глину.

Жуткий момр явился сию минуту. В руке он держал крынку и блюдце. Я невольно скривилась, увидев монстра. Если Дайн умел обращать дерево в живых существ, неужели не мог сделать себе слугу посимпатичнее? Ну и жуткая же морда у этого момра.

Лорд собственноручно налил в блюдце молока, а я поднесла к нему Мурчеллу. Та принюхалась и радостно начала лакать. Рот сам расползался в улыбке.

– Надо же, как легко вас порадовать, – Дайн тоже улыбнулся.

– Все равно не понимаю, как такое возможно?

– Когда ведьма творит искусство, она вкладывает часть своей души.

– Души? Это ж у меня теперь душа щербатая?

Дайн рассмеялся, и от его смеха мне почему-то стало холодно.