Кровь ведьмы

– Не пойму, свои или чужие, – пробормотал Кайвин.

– Там люди? Восточная застава?

– До заставы еще день пути. Но там люди.

– Шагом и тихо, – скомандовал Гелар.

И какой смысл двигаться тихо, когда, выйдя из леса, мы будем как на ладони. Мы ведь их видим, значит, и они видят нас.

Сняв с перевязи лук, выдвинулась вперед.

– Кто-нибудь хочет пойти на разведку? – с усмешкой спросил десятник. И я не поняла, всерьез он это или шутит.

– Нужен кто помельче, – предложил Гарвен. – И пусть ползет.

– Если это миражцы, он все равно труп, – ответил Гелар.

– Пусть мелкий идет, он опять девочкой прикинется, – засмеялся кто-то сзади.

– Отставить, – приказал Гелар. – Я пойду. И ты со мной, Инхард. Ты тоже мелкий. Лучник еще пригодится.

Инхард перестал смеяться, вышел вперед, даже спорить не стал.

Я видела, как десятник с парнем, который так же, как и я, был из новичков, легли на землю и поползли вперед.

– Слушать сюда, – обратился к оставшимся Тервин. – Там впереди кустарники. Перебежками добираемся до них.

Мне кажется, шум ломающихся веток уже мог привлечь внимание. Кустарников на поле было не так много, но трава высокая, и мы, прикрываясь ветками, двинулись вперед. Осторожно, тихо. В другой раз меня бы наверняка развеселили такие движущиеся кусты, но теперь это совсем не казалось забавным.

Я заранее наложила стрелу на тетиву и двинулась за Кайвином, прячась за кустом и за его спиной.

Странное шевеление мы обходили с флангов, разделившись по четыре человека. Гелар с Инхардом уже далеко уползли. Мы двинулись влево, Кайвин держал куст как щит. За нами еще двое с кустом. Иногда приходилось бежать, иногда совсем замирали. Решение Кайв принимал сам. Мы прошли почти половину поля, когда я увидела, как в сторону второй группы, что шла справа, полетела стрела.

– Миражцы, – прошептал Кайвин. – Ползи к дереву.

Трава здесь так высока, что мне достигает груди. Я пригнулась и побежала в сторону отдельно стоящей ивы. Кайвин бросил свой куст, и я потеряла его из виду.

Добежав до дерева, я теперь могла разглядеть, фигуры людей. Их доспехи совсем не походили на наши лохмотья. В лучах восходящего солнца сиял начищенный до блеска металл. Будто не воины, а отлитые из чистого золота статуи.