Кровь ведьмы

Это с парнями я пыталась чему-то соответствовать, а наедине с собой незачем казаться тем, кем я не являюсь.

Один неосторожный шаг. Короткое падение. И я в глубокой яме. Ох, повезло, что хоть кольев внизу не оказалось. И приземлилась удачно, даже ничего себе не сломала, кажется.

А яма глубокая, не меньше полутора саженей. Но раз есть охотничья ловушка, то и зверь должен быть. Только если яма на зверя, то почему кольев нет? Кому нужен крупный живой хищник?

Наверху захрустели ветки. Шаги. Приближаются.

Сжала рукоять кракемарта, и сама вся сжалась в комок, прикрылась упавшими вместе со мной ветками, может, пронесет, не заметят.

– Попался, чернорясый, – послышался голос сверху.

Мреть! Заметили все-таки.

Подняла голову. Так снизу и не разглядишь, свои это или чужие.

– Да это не клирик! – воскликнул еще кто-то сверху. – Давай веревку.

– Ты кто такой? – это уже мне адресовался вопрос.

Делать нечего, сбросила ветки, поднялась во весь рост.

– Рекрут? – удивленно спросил мужчина. – Чей десяток? Сотня?

Вздохнула с облегчением.

– Десяток Гелара, он погиб, – ответила.

– Жаль, – выдохнул воин. – Знал его. Сейчас веревку кинем. Как тебя звать?

– Рен, – ответила.

Они действительно бросили веревку. Я обмотала ее вокруг талии, и воины легко вытащили меня. А вот первая же, брошенная в мою сторону фраза, заставила вздрогнуть.

– Дезертир? – спросил самый высокий из них.

Ох, что там Кайвин про дезертиров говорил? Кажется, их вешают или еще что-то подобное? Никак не получалось унять дрожь.

– Чего дрожишь? – окликнул парень лет двадцати. Не намного выше меня ростом и такой же худой.

– З-замерз, – проблеяла, едва слышно.

– В десятке Гелара выживших не было. Как и в сотне Варгерда. Как и везде к северу от Ферштода.

– Были! – возразила. – Я и еще несколько рекрутов.

– И где же они? – усмехнулся длинный.

А я не знала, можно ли сдавать местонахождение своих друзей. Арвен остался в Апенштоде, не сочтут ли и его дезертиром? А где Кайвин теперь, я не могла знать.

– Остались севернее, примкнули к отряду в Апенштоде, – соврала.

– А тебя не взяли? – воины дружно рассмеялись. – Мелковат?

– А мне поручили отнести письмо барону.

– Тебе? – презрительно окинул меня взором длинный. – Одному?

– Нас было двое. Верханд, – ох, про него тоже правды не скажешь. – Его клирики убили.

– Клирики? А тебя, значит, отпустили? Что-то ты темнишь, парень. Чернорясые так просто не отпускают. Или с собой забирают, или убивают на месте.