Земля четверых. Книга первая. Вальдо

 – Моё имя Луно Альбвайль, первый лорд Иритилла, а это моя любимая, Флинка, она четвёртый. Девушка отвесила юноше приободряющую улыбку.

– Очень приятно… – немного дрожащим голосом ответил парень, пожимая руку. Даже не видя глаз черного лорда, он кожей чувствовал, чужой, пристальный, ощупывающий его душу взгляд. По спине пробежал могильный холодок. Он сам того не заметив, затаил дыхание. Его взвешивали, измеряли, как дорогой и блестящий, но бесполезный брусок драгоценного металла. Лишь спустя несколько томительно долгих секунд, Альбвайль отпустил его ладонь и Вальдо вновь сумел втянуть в лёгкие немного воздуха.

– Освальд опять опаздывает? – было видно, Мастер совсем этому не удивился.

– Как всегда. – без капли раздражения ответила девушка.

– Не будем стоять. Влад, налей чего-то крепкого, страшно хочется выпить. – Луно ленивым жестом пригласил всех за стол.

Звук его шагов напоминал цокот копыт о брусчатку. Парень вскользь посмотрел на ноги лорда и с большим трудом сдержал возглас: вместо ступней у него и вправду были копыта.

Все присутствующие заняли свои места. Вальдо сел рядом со своим будущим учителем. Пустым осталось лишь одно кресло. Пока второй лорд наполнял бокалы вином из пузатой бутыли, назвавшийся Луно, снял свою маску. Оказалось, что серого цвета бараньи рога не прикреплены к головному убору, а растут из головы лорда. Его кожа и волосы были серо-голубоватого цвета. Он имел длинные, пушистые уши, аккуратный звериный нос, переходящий в разрез на верхней губе, прямо как у кота.

Большие фиолетовые глаза на юном, слегка женственном лице с неприкрытым интересом и толикой недоверчивого удивления рассматривали Вальдо.

Наполнив бокалы, Мастер сел на своё место, и дверь в зал вновь отворилась. Широкоплечий, почти квадратный исполин с громадными, мускулистыми руками, ввалился в комнату. Сквозь дверной проём ему пришлось протискиваться боком, что, впрочем, его ничуть не смутило. Вальяжной походкой он направился к столу.

Подол рясы цвета мёда, вышитой золотыми нитями и алыми, бархатными лентами, небрежно тащился за лордом вслед. По залу, словно рокот далёкого грома, пробегал отзвук ударов тяжелого каблука о пол, а посуда на столе с тихим звоном подпрыгивала от вибрации.

– Привет всем! – молодой, живой и насмешливо горделивый голос совсем не подходил внешности последнего лорда. Грубое, будто вытесанное из камня прямоугольное лицо, лишь издалека походило на человеческое.