Полли. Перезагрузка

- Ирка, ты чего? Артур Мовсисян – это твой агент! Ты вообще понимаешь, о ком я говорю?

- Если честно, то не очень, - пожала она плечами и наивно улыбнулась.

- А он тебе звонил? – не унималась Мила. 

- По-моему да. Первые несколько дней, после того случая, мне постоянно названивали разные люди. Кто они и что от меня им было нужно – я понятия не имею. И, чтобы не оправдываться, не объяснять, что со мной случилось и почему я их не помню, просто решила не отвечать. 

- Понятно. Ты хотя бы у меня спросила, что это за люди.

Знаешь, подруга, среди них есть те, которых игнорировать нельзя ни при каких обстоятельствах. Это очень неосмотрительно и глупо. И потеря памяти не оправдание этому. Уж поверь мне.

- И что этот Артур может мне сделать?

- Ты лучше спроси, что он может не сделать? – Мила проворно бросила кусочек шоколада в рот и продолжила, - Ты пойми одно: от твоего агента, а точнее от его связей и умения продвигать тебя, зависит вся твоя карьера. Это, считай, твой продюсер. Конечно, он зарабатывает на тебе деньги.

Но благодаря ему, ты удерживаешься на Олимпе модельного бизнеса, а твой банковский счёт, периодически, пополняется кругленькими суммами. И, если он говорит тебе, что ты завтра будешь принимать участие в показе «там-то и там-то», то всё, что тебе остаётся – согласиться и узнать в котором часу. Поняла?

- Поняла. Когда вернёмся, я сама его наберу и всё объясню.

- Мне кажется, что этот разговор состоится куда раньше, - Мила  прищурила глаза и несколько раз кивнула головой.

 

- Ты о чём? 

- Сама увидишь, - откинувшись на спинку своего кресла, она устало закрыла глаза.

А Поля, сидя у окна, вдруг поймала себя на мысли:

«Наверное виски утопило во мне страх полёта. Или спалило. Очень крепкий напиток».

Она посмотрела в иллюминатор. Мир за двойным стеклом был поделен на две плоскости. Вверху, необъятная полоса ультрамарина заполнила всё пространство. Не было ни конца, ни начала той бездонной синеве, которая врастала во всеобъемлющий океан Вселенной. Солнце одиноким блестящим диском освещало всё вокруг.

Каждый миллиметр пространства был пронизан его лучами. 

А где-то внизу, своими белыми, остропикими вершинами в ультрамарин вонзались Альпы. Не для того, чтобы продырявить, а скорее наоборот – удержать на своих плечах небосвод силились эти древне, вековые атланты. Поле казалось, будто макушки гор были покрыты не снегами, а сединой минувших тысячелетий. 

И между этими двумя мирами летел самолёт.

Поля отвлеклась.