Полли. Перезагрузка

Забыть, как ты шлялась по ночным клубам и чужим постелям, вместо того, чтобы быть порядочной женой и думать, прежде всего, о семье и доме. Забыть, как ты спихивала мне Глеба, а сама отправлялась со своими подружками и дружками кутить всю ночь напролёт вместо того, чтобы быть любящей и заботливой мамой. Хотя да, в твоём случае - мачехой. Шанс быть мамой ты сама выкинула из своей жизни. Но знаешь, что я тебе скажу: ты просто-напросто забыла, что нужно быть нормальным, понимаешь, нормальным человеком, а не грязной потаскухой и шантажисткой.

Хотя… - Ксения пристально посмотрела в глаза невестки. На одно мгновение ей показалось, что в них что-то изменилось. Точнее, что-то появилось. Что-то человечное и порядочное, - Может быть, если ты всё это придумала, где-то действительно ещё сохранились остатки совести и нравственности? А? Ирэнэ?

Не дожидаясь ответа, Ксения покинула их квартиру.

Полина стояла в коридоре. Униженная и растоптанная, она закрыла дверь на замок и отправилась на кухню. Заварив себе крепкий кофе, она села у окна и посмотрела на осеннюю панораму за стеклом.

 

Широким, серым полотном лежал у основания их небоскрёба проспект. Полчища дорогих, и не очень, машин различных марок и моделей стояли в километровой пробке, и без особого результата, медленно и нервно продвигались вперёд, стремясь попасть в самый центр мегаполиса. На обочинах и тротуарах лежали косматые ворохи жёлто-огненной листвы. А пешеходы, что спешили вовремя попасть на работу и по другим своим неотложным делам, торопливо пробегали мимо, не замечая, ровным счётом, ничего на своём пути.

И всё небо над проспектом, с его вознёй и долгим томлением в утренних пробках, было укутано беспроглядной, белёсо-серой пеленой.

«Красивое сочетание цветов. Серый асфальт и жёлто-оранжевые листья», - подумала Поля, сделав глоток ароматного кофе.

- Ты сегодня рано встала.

Полина резко повернула голову в сторону. Рядом с кофе-машиной стоял Алексей. Он уже успел переодеться и собраться на работу.

- Я не услышала, как ты вошёл, - сказала она и поставила чашку на стол, перед собой.

– Тебе сделать кофе? Или может, приготовить завтрак?

- Слушай, - Корнеев подошёл к ней и сел рядом. Сделав паузу, он пристально посмотрел на неё и заговорил в той интонации, с которой всегда обращался к своим пациентам, чтобы убедить в абсурдности их идей. Так, чтобы не особо обидеть, но и дать понять, что этого делать не надо. – Я, конечно, понимаю. Ты потеряла память и многое тебе кажется незнакомым и новым.