Легенда о Красной Королеве и Синей Розе.

Вот шанс, осмыслить годы сожаленья

И не смотря на тлеющий еще в душе огнь

В сердцах безумного глупца,

Я нанесу тебе удар и расплачусь с Богинею сполна!

Ведь даже Ад отвергнувши меня с презреньем проклял,

И погрузил на веки в забытьи решил,

Что смерти мне вторично не найти.

О! Как он ошибался, тот чье имя с плевком слагают небеса.

Он павшим был, но в царствие своем,

В кровавых водах марганца купался и позабыл,

Что в муках закаляются сердца».

Печаль, преступно запятнав ее лицо,

В гримасу гнева превратилась

Развея тьму, подобно рою мух, вокруг себя.

Ее фигура страх внушала слугам тьмы.

От этого по лицам их струилась кровь ручьями

И обжигая собственную тьму

Спадала на земь, пожираема червями.

Вернув себе всю силу обладанья,

Она, взмахнув мечом,

Очистила весь тронный зал от тьмы.

Та, будто щупальцами спрута, рывками и терзаньем

Забилась в щели, тени и глубинные миры.

И тут же в зале воцарился свет, но слабый.

В его лучах она увидел его,

Насколько можно было усмотреть в фигуре стройной

Знакомые черты, поэта, странника … но за ней таилась тьма.

Нашла она в сей мир дорогу,

За спину спряталась глупца.

За той фигурой пряталась она.

Та тьма, что некогда была ей так любима.

Когда-то в вечной червоточине среди Богов, людей,

Она служила допуском к свободе.

Тем светом, что давал прощенье и

Лестницу, что кличали в народе: « Дорогой в Рай».

Так вышло, что была подобно ей тропа другая.

Той жгучий зной порой был теплым ветерком,

А лютый ветер обжигая, грехами согревая.

Вела тропа та в мир пустых амбиций, обещаний и иллюзий.

И издревле была тропою зла.

У врат в тот мир стоял, подобно ей самой,

Гигант во черной стали.

Из-под его доспехов и пластин, сочились дым и тьма.

И как среди людей, свирепое волненье чувств,

Возникло средь привратников Божественных миров.

Смириться он не смог с волненьем,

Ведь слишком редко удавалось им,

Познать любви томленья и остудить свирепый пыл.

В очах его, кровавой Тьмою окруженных, родился гнев.

Освирепев, и уничтожив узы клятвы,

Явился он к вратам, что стерегла она.

Творцы явились тут же!

Отстранив свои дела, они вступили в бой.

Всевышние и Тьма, что некогда была усмирена на волю им,

Столкнулись вновь.

Но не пришла, на помощь Тьме его любовь.

Она уже давно была рабом существ великих.

Воздвигнув стены Божествам, дома,

Ей отвели скромную участь,

Стать проводницей светлых душ в их чудные сердца.

Увы! Ее природа не была склонна к бунтарству.

Лишь созидать она могла.