(Не) один

Я присела на корточки напротив и скрестила руки на коленях.

 — Сам я никак не могу разорвать его. Ты же видела, да? – Он провёл рукой по волосам туда-обратно, превращая укладку в воронье гнездо.

Я кивнула. Это действительно выглядело странно: даже когда игнорируют специально, обращают больше внимания.

 — Я обещал себе, что справлюсь. Уговаривал, что это ненадолго. Пытался.

 — А зачем? – наивные вопросы часто бьют в самую суть: так говорит папа.

 — Потому что это необходимо для выживания моей семьи.

 — Что именно нужно?

 — Меня никто не должен знать.

 — Это я уже поняла… Но, наверное, если бы кто-то из своих… ну, из твоей семьи был бы рядом, и…

 — Только не надо меня жалеть, – он резко поднялся, и сейчас я как-то особенно остро ощутила, насколько он высокий.

Я поднялась следом за ним.

 — Я и не планировала. Но ты же хотел поговорить, утащил меня с уроков. Значит, говори всё, что хотел. Если я решу, что ты просто нытик, даже и не подумаю тебя жалеть. Если решу, что придурок, тем более.

 — Если бы я мог всё рассказать, тебе я бы рассказал.

 — Расскажи не всё, – я пожала плечами.

Он снова опустился на пол и закрутил правой рукой феньки на левой.

 — Перчатки, что ты мне дала, – это лучший подарок в моей жизни. А совместный обед был самым искренним. Любой разговор с тобой – искренний.

Волосы зашевелились у меня на голове. К такому меня жизнь не готовила.

 — Что за люди, с которыми ты живёшь?

 — Семья моего дяди. Он довольно известен в наших кругах. Каждый член семьи на виду, каждый дорожит честью рода, чтобы вернуться… Важно соблюдать стандарты. Нет, не так. Нужно быть безупречным. Тогда, вероятно, меня не вышвырнут.

 — Но сегодня ты устроил бунт?

 — Да.

 — Хм… но, что именно? Я кажется, понимаю, но не совсем.

Марк закусил губу.

 — Прости. – Он сжал кулаки, и я увидела, как напряглась его спина, будто он готов сорваться и бежать.

 — Не говори. — Я покачала головой. — У всех есть тайны.

Я села рядом. Спина Марка расслабилась, он опустил голову.

Пыль плясала в луче утреннего света, тёмно-красный занавес по верху серебрился паутиной, где-то за спиной тикали часы.

Прозвенел звонок на урок, но мы даже не шелохнулись.

Марк повернулся ко мне и обнял. Запах его кожи захлестнул, перехватило дыхание.

 — Спасибо, что ты помнишь про меня.