Чулки из страны пауков

 

Моя наставница (раздери её император!), Валенсия Валь (ей нравилось, когда её называют «госпожа ВаВа») была невысокого мнения о магических способностях ткачей. Но одежду, созданную паукари, не носила принципиально.

«Погляди-ка, это платье стоит ровно девяносто девять золотых! В этом есть какой-то тайный умысел! В моё время волшебницы ходили в накидках из крапивы, и были вполне счастливы. О, я помню этот упоительный аромат крапивных листьев!», — обычно говорила госпожа ВаВа, брезговавшая добавлять полюбившуюся всем имперским ведьмам траву даже в чай.

 

Несмотря на окружающее меня изобилие замечательных (во всех отношениях) нарядов и блестящих побрякушек, я бы предпочла не разгуливать по этому рынку, а греться у камина в своей крохотной квартирке в Людвине. К сожалению, моя родина далеко, а надежда на триумфальное возвращение — призрачна… 

Для начала, позвольте представиться: Люминесценция Пустобашмак. Мой отец был каким-то проходимцем, устраивавшим подпольные бои кроликов-берсерков, а матушка — носительницей сто пятой свечи.

Если закрыть глаза на эти нелицеприятные факты, меня вполне можно назвать во всех отношениях достойной леди (я бы не назвала, но если кто-то рискнёт это сделать, то я буду благодарна этому смельчаку). Я искренне полагала, что всю жизнь буду заниматься своим любимым делом — разведением породистых крокотят, но судьба решила иначе. 

«…— У тебя нет выбора, дорогая моя Лю-ми!  

— Пожалуйста, госпожа наставница! Я согласна на любую работу, только не отправляйте меня в Страну Пауков! Мне… мне страшно!

— Ты не должна бояться ничего, кроме гнева Императора! Я возилась с тобой десять лет: пришло время пожинать плоды!»

И вот я здесь.

В прекрасной и пугающей столице царства паукари. 

Планировка города, о котором я веду рассказ, была весьма любопытна: улицы его в большинстве не имели острых углов и прямых перекрестков. С высоты птичьего полета, он, верно, напоминал некое подобие лабиринта, с большим числом витков и поворотов. Чем ближе к сердцу Паукограда, тем извилистей становились его улицы и тем проще было заблудиться в них одинокому путнику.

Цветки с восемью лепестками, восьмиконечные звезды, восьмиугольники… на окнах и оградах, на шелках пышных юбок и отворотах плащей. Восемь — священное число для Страны Пауков.

Паукари не любят острых углов, высоких стен и гнусных лжецов. Паукари всегда держат своё слово и требуют от других того же. Паукари не испытывают угрызений совести, пожирая своих жертв.