Ты нас вспомнишь

А за поцелуй в саду, среди одичавших плетистых роз, давно не знавших ножниц садовника – не робкий, родственный, в щеку, а настоящий, когда обнимаешь трепещущее девичье тело, и когда следует ответ с неменьшей страстью, и того больше…

Лучи рассветного солнца застали его в постели, но – не своей. И не одного. Лишь тогда Олег поверил, что все случившееся ночью – не сон. Лежа на кровати, глядя на любимое лицо, выглядящее, несмотря на растрепанные волосы, еще более очаровательно, на трогательно приоткрытый ротик с припухшими от поцелуев губами, юноша, ставший этой ночью мужчиной, не хотел думать ни о чем.

Ни о том, что он натворил, соблазнив сестру, ни о том, что будет дальше. Он просто наслаждался моментом. И тем неожиданнее стала по-хозяйски, без стука открытая дверь в комнату Ангелики, и возникший на пороге старший брат…

– Разве? – Вадим шагнул навстречу младшему.

В комнате ощутимо повеяло холодом, словно за спиной мужчины вдруг разверзся ад, но не тот, где в котлах кипит смола и мучаются грешники, а ледяной, где царят ледяные глыбы и вечный мрак с редкими вкраплениями мигающих звезд, где за несколько секунд пробирает морозом до костей так, что леденеешь – до смерти.

Подавив порыв отшатнуться, Олег упрямо стиснул зубы:

– Не сможешь.

…Судорожно натягивая на себя одеяло, Олег думал только об одном – что же делать. Как оправдаться. Как объясниться. Как…

– Вадимир? – Ангелика, сонно хлопая глазами, выглянула из-за плеча паникующего юноши. – Что-то случилось?

– Ничего, – Вадим аккуратно прикрыл за собой дверь.

– За исключением одного – скоро появится твоя служанка. Ты слишком беспечна, – он с укоризной посмотрел на сестру и перевел взгляд на младшего: – Доброе утро, Олег. Надеюсь, хорошо спалось?

Недоумевающий юноша, пребывающий в полном ступоре, только и смог кивнуть. Ангелика звонко рассмеялась и, томно, всем телом потянувшись и продемонстрировав безупречную обнаженность, перегнулась через Олега. Ухватив свисающие концы пояса домашнего халата Вадима, потянула за них с игривым мурлыканьем:

– Иди к нам.

– Так вы… – Олег переводил взгляд с брата на сестру, не в силах поверить, что Ангелика, его Ангелика, этой ночью стонавшая в его руках, дарит своей милостью не только его, но и кого-то еще.

– Да, – Ангелика улыбнулась так мило, с такой непосредственной, почти детской невинностью, что Олег сразу поверил ей, чувствуя, как рушатся и рассыпаются шелестящим песком его мечтания – о них вдвоем.