Ты нас вспомнишь

– Что именно? – с потрясающей невозмутимостью поинтересовался Вадим Николаевич, разливая шампанское по бокалам так, словно в спальне не затихал девичий крик, только что бессильно бившийся о стены, убранные коврами.

– Все, – иронично отозвался Олег, отпивая глоток игристого из своего бокала.

Прижавшись к окну, вцепившись пальцами в подоконник, Лина переводила взгляд с одного мужчина на другого. Они казались такими… спокойными. Словно ничего не произошло. Ее же саму трясло крупной дрожью непонимания и страха, тугими кольцами стискивающего живот – до тошноты.

– Кто вы?.. Что вы?.. Что вообще происходит?!

– Видишь ли, Лина, – Вадим Николаевич поставил бутылку на низенький прикроватный столик, и взял два таинственно переливающихся хрусталем бокала из рук Олега. – Как ты, наверное, уже догадалась, ты нам нужна. Обоим.

С неторопливой неотвратимостью мужчина подошел к Лине и протянул ей один из бокалов. Девушка судорожно замотала головой, не в силах отцепить хоть одну руку от теплого подоконника, покрытого светлым лаком.

Под ним были видны все узоры и прожилки дерева, и впервые увидевшая их Лина оказалась покорена. Дерево – натуральное дерево для рам, пола, стропил. Камень, кирпич, металл. И почти нет пластика. Дом казался настоящим, живым, теплым. Он дышал, обнимал своей теплотой, грел пламенем из камина, тонко пахнущим березой, дубом, смолистой елью – в разных комнатах по-разному. Дом успокаивал, расслаблял, убаюкивал, заставлял позабыть обо всем, что происходит за его стенами – так было всегда. Уют и покой. Но не сейчас.

– Расскажи ей, – подал голос Олег.

Лине казалось, что он находится далеко-далеко, а над ней возвышается каменная статуя или идол, какие раскапывают на древних капищах – такой же холодный, равнодушный, с ледяным взглядом бездушных глаз.

– Не вижу смысла, – отрезал Вадим Николаевич, продолжая пришпиливать Лину взглядом, как все еще трепещущую крылышками бабочку острой, длинной булавкой к черной бархатной подушечке.

Лина почти физически чувствовала, как в ее тело медленно входит эта игла, перекрывая доступ кислороду и заставляя часто-часто дышать – в попытках вдохнуть хоть капельку воздуха.

– Расскажи, – с нажимом отозвался Олег. – Иначе она ей все расскажет. Ты сам знаешь, как она уме…

– Олег. Хватит, – резко оборвал его речь Вадим Николаевич. – Выпей.

Он шагнул к Лине, но девушка единственное, что смогла сделать – вяло мотнуть головой.

– А придется, – мягко сообщил мужчина, поднося к губам Лины бокал.