Ты нас вспомнишь

Мимо обнимающихся парочек и одиноко гулящих прохожих – они казались ненастоящими, словно картонные силуэты, растворяющие в ночи. Единственно реальным являлось странное видение, которое пыталась настигнуть Лина.

Почти не приблизившаяся «русалка» мелькнула своим заметным плащом под очередным фонарем и свернула в узкую темную улочку. 

Лина от досады сжала губы и, наплевав на все приличия, стащила свои туфли, приспособленные только для совещаний, но никак не для беготни по городу, и во весь дух припустила за девушкой.

Переулок оказался пуст. Ежась от холода и охватившего ее странного, неприятного предчувствия, Лина сделала несколько медленных шагов вглубь улочки. Где-то размеренно падали капли – с характерным звуком разбивающейся о железо капели, совершенно не добавляя спокойствия в гулкую, душную тишину, с каждым шагом охватывающую все больше и больше.

– Эй… – дрожащий, слабый голос растворился в стенах каменного мешка переулка. 

Лина испуганно смолкла и именно поэтому не закричала, когда перед ней неизвестно откуда появилась девушка.

Горящие безумием глаза, всклокоченные черные волосы, размазанная вокруг рта помада и – пальцы, с силой вцепившиеся в предплечья. У Лины от ужаса перехватило дыхание, и она попыталась рвануться прочь, но, как и положено во всех кошмарах, воздух вдруг внезапно стал плотным, как бетон – ни двинуться, ни вздохнуть.

– Это ты… – мерзкий шепот, вырвавшийся из некрасиво распяленного рта незнакомки, теперь походившей на печальную русалку лишь плащом, парализовал лучше любого змеиного яда.

– Ты… – незнакомка стиснула пальцы еще сильнее, впиваясь ногтями в тело Лины. Боль прошлась ярким пламенем по нервам, и девушка, словно очнувшись, закричала и рванулась прочь.

– Лина… Лина, очнись, – красивый баритон, наполненный силой, слышался словно сквозь вату.

Лина с трудом разлепила глаза и машинально подняла руку. Стрелки на крохотном, отделанном розовыми жемчужинами циферблате указывали на одиннадцать. 

– Где я? – язык распух, еле двигался и обдирал рот.

Он казался похожим на наждачную бумагу – как если бы ее надули до состояния шарика.

– Ты в номере, – ответил тот же голос, и Лина все никак не могла сообразить, кому же он принадлежит.

– Что со мной?.. – еле слышно пробормотала девушка.

– Ты сидела в баре, потом вдруг упала в обморок. Твой кавалер, не зная, что делать, позвал на помощь, потом вызвали меня и врача. Врач сказал, что ничего страшного – просто переутомление после перелета и работы.