Серенада дождя

Так как общее состояние этого эльфа мне совсем не нравилось. Но осмотреть себя эльф не позволил, что-то сказал зло на эльфийском и повернулся к костру, всем видом давая понять, что разговор закончен.

Как только ему стало чуть-чуть лучше вчера вечером, Лариэль, видимо, решил, что выздоровел – и вёл себя в соответствии с этим убеждением. Я поняла, что мне совершенно точно нужен кто-то, кто может приказывать этому типу, иначе придется отключить его с помощью химии, а для этого, просить спецназ связать строптивого эльфа… и доверие между людьми и эльфами - в топку, из-за нежелания Лариэля слушаться.

Так как я сильно сомневалась, что эльф разрешит мне сделать ему несколько уколов или снова поставить капельницу по доброй воле.

- Эл, у тебя есть формальная власть над твоим другом? – спросила я кимусаби, - Ты можешь заставить его выполнять предписания врача?

- Заставить и приказать – не могу, - хмыкнул Эл к моему разочарованию, - Зато я могу послать магический вестник его маме, о том, что он ранен.

Ведь мы в сутках пути от дома. Я чувствую. К нашему клану нас перенесло, а не во дворец к отцу. Но это и к лучшему. Когда его мама узнает, что он опять ранен, то его лечением займётся она. И весь её клан. Если Лар не будет тебя слушаться, так и сделаю, - мстительно добавил Эл.

Похоже, угроза была действенной. Лариэль хмуро взглянул на меня, что-то зло сказал Элу по-эльфийски и стал неловко раздеваться. Сам. Прогресс, однако.

А я ещё думала, что Эл не разбирается в дворцовых интригах? Да он же все ахиллесовы пяты своих родных знает, как свои пять пальцев!

Я встала на коленки и постаралась ненавязчиво помочь Лариэлю раздеться до пояса.

Заработав несколько злобных комментариев по-эльфийски от темноволосого эльфа.

- Знаешь, я с тобой согласна, ситуация не самая лучшая, но если ты хочешь мне что-то сказать, то должен учитывать, что эльфийским владеет лишь Эл. А он твои ругательства переводить не будет, - пояснила я. Так как Эл откровенно развлекался негодованием Лариэля.

Эльф сердито замолчал и старался больше не показывать своих чувств. То, что остальные его соотечественники полностью восстановились, похоже, действовало ему на нервы – никому не нравится болеть в одиночку. Но, по крайней мере, Лариэль разрешил помочь ему раздеться до пояса и снова лег поверх спального мешка, всем своим видом показывая, что подчиняется мне лишь по причине угроз со стороны Эла рассказать о его ранении его родным.