Свет

Как же так-то? На Родине, наверное, январь, а тут так тепло. Совсем я запутался, сопоставить хоть что-то, кроме моих ног с полом я не мог бы даже пьяный. Девушка исчезла, куда идти я не знаю. Выход оставался один – искать мужика с брелоком.

Только я оделся и думал уже валить отсюда куда подальше (мало ли, вернётся сюда ещё с ментами и опять пойдёт веселье) как вдруг мой внутренний перфекционист заострил взор на одной детали, которую я вчера в темноте немного не приметил – у дивана была довольно высокая спинка – до потолка доходила.

Я, конечно, тоже мог бы его достать, если бы подпрыгнул, но нутро моё чуяло – что-то тут нечисто…

Нет, застолье новогоднее я помню лучше некуда – мама вся сияла, батя сдержанно сидел и смотрел на новогоднее обращение президента. Интересно, если бы у крестьян был телевизор, они бы тоже на царя вот так посматривали. Как только известные нам всем певцы начали свои трале-вале, батя тут же переключил канал – из принципа: ему было абсолютно всё равно, что смотреть, лишь бы не это.

Переключал он каналы достаточно долго – круга три, наверное, прошёл, остановился на каком-то молодёжном. Ну, это я так решил – там показывали скандал вокруг крупнейшей игродельной компании, которая тебя «мягким быть» призывала. Мол, задолжали они кругленькую сумму за неуплату за энергию.

-Вот же сволочи,-в сердцах сказал батя,-Мало того, что всем мозги мазолят, так ещё и себя не могут обеспечить. Вот мы с твоей мамой – и он приобнял маму за плечо – всегда могли себе и тебе всё позволить.

Собственно, мы и сейчас позволили! Вот тебе, сынок, наш новогодний, так сказать, презент.

И вручает мне… билет на неделю в Париж, как бы странно это не звучало. Ну, сессию-то я сдал, можно и полетать. Воот, теперь-то я и это вспомнил. 

Ага, и то, что диван оказался потяжелее, чем я думал, я вспомнил тоже очень быстро. 

Но, получается, думал я, дуя на пальцы, я сюда приехал благодаря бате, а меня тут как будто уже ждали, причём не только спецслужбы. И очкарик сюда же попал каким-то чудом.

Нет, тут не то что что-то нечисто – тут грязно в самой высшей степени!

И неудивительно, что за диваном оказалась дверь. Деревянная такая, но какая теперь-то уж разница. Потайная дверь в какой-то маленькой квартирке чёрт знает в какой подворотне в Париже. И даже если бы внутренний голос отважился в тот момент предложить мне по-быстрому слинять в свой отель или где я там остановился, то я бы послал его куда подальше и выбил бы дверь с ноги.