Симфония души моей

— С чего ты взял?

— Наш ВУЗ же недавно мексиканский симфоанализатор купил. Вот, наверное, с ним эти бравые мучачос на «заработок» и приехали. 

— Хм, возможно. Надо будет провести полную дезинфекцию. Итак, народ, садитесь на места! Мы продолжаем лекцию! 

В аудитории раздались печальные вздохи. Все расселись. Декстер пересел к одногруппникам. Он был очень доволен своей афёрой. Разумеется, он знал, что термиты были мексиканскими, ведь он сам их купил в зоомагазине. Очередной идеально спланированный план был воплощен в жизнь.

Вальдемар продолжил объяснять математические формулы. Слушатели были взбудоражены подвигом «бравых мучачос», в сон уже не тянуло, но и слушать лектора нисколечко не хотелось. 

Супруги всё спорили. Бородач сопел. Жан думал о своём. Студентка рисовала в электронной тетради волшебных дружелюбных поняшек в стиле «Мерлин Монро» Эндрю Уорхола. Она завидовала годам юности своей бабушки, когда можно было сидеть в интернете и смсить, не выходя из аудитории. 

— Ох уж эта борьба за качество образования! — студентка тоскливо обвела взглядом торчавшие под потолком антенны глушилок.

— Когда же это уже закончится? – спросил один из студентов. Он повернулся к соседу справа, тот бился головой об парту. Потом взглянул на соседа слева, который опустил голову и безысходно воскликнул:

— Это никогда не закончится! Мы обречены! 

— Время — это мираж, оно сокращается в минуты счастья и растягивается в часы страданий. Если вы научитесь контролировать себя, то научитесь контролировать время, — хриплым голосом посоветовал нетерпеливой молодёжи бородач.

— Что? – недоумевающее переспросил студент, до этого бившийся головой об парту.

— Я думаю, имеется в виду, что время существует лишь в нашей голове. Если мы займём себя чем-нибудь, то перестанем его воспринимать, — предположил Декстер.

Бородач улыбнулся и произнёс:

— Время существует независимо от нашего восприятия. Однако ты мыслишь в верном направлении, не потеряй его, и, возможно, когда-нибудь тебе откроются и другие тайны этой самой важной части бытия.

— Какая необычная у тебя линейка…. – мужчина буравил взглядом толстячка.

Декстер занервничал, но виду не подал:

— Да нет, самая обыкновенная. 

— Пожалуй, но судьба её необычна.

На лбу Декстера появилась испарина.

Бородач тихо рассмеялся, затем сделал жест; мол, я могила, никому не скажу.