Осиное гнездо

И ещё непроходящая тревога за жену… Катерину я не расспрашивал, почему она так заспешила, что такое вспомнила: придёт время – сама расскажет. Иногда стоит просто покорно ждать развития событий…

Через сорок минут мы въехали в подземный гараж и поднялись на лифте на пятый этаж прямо к квартире. С Катиными родителями познакомился почти полгода назад, вскоре после тех знаменательных событий. Они оказались весьма приятными молодыми людьми Настиного возраста, так что мы легко и быстро подружились. Оба были, видимо, крутыми специалистами в фарминдустрии и, как только дела у канадской фирмы вновь наладились, они вернулись к прежней работе.

Так что Катерина опять была предоставлена сама себе, хотя теперь по просьбе её родителей – и под нашим с Анастасией надзором.

Зайдя в квартиру, Катя сразу же направилась в родительский кабинет. Одна стена его представляла собой огромный книжный шкаф во всю длину, уставленный книгами самых разных форматов.

– Что мы ищем?

– Не помню! Чёрт! Сама виновата… четыре месяца назад мы с Олежкой, не сговариваясь, купили в подарок друг другу книгу одного и того же автора.

Мы тогда долго смеялись совпадению, а потом он сказал, что это будет наша с ним специальная книга.

– И ты не помнишь, что за автор?

– Нет! То ли поэт, то ли прозаик. Мама говорила, что его фамилия – это овощ какой-то. Как белая морковка.

– Пастернак что ли? – поразился я.

– Точно! Он самый! Вы его знаете?

– Вообще-то его многие знают. Известный поэт и писатель.

– Да? Я вообще-то поэзию не очень…

– Ты «Доктор Живаго» смотрела?

– Это он играл там?

– Это он написал! – сердясь, сам не зная на что, буркнул я в ответ и стал рыскать по полкам.

Вскоре мне под руку попался небольшой сборник стихов «Избранное».

– Этот?

– Точно, он! Смотрите, год издания – 1990! – обрадованно заявила она, раскрыв книжку.

– И ты в неё даже не заглядывала?

– Я собиралась, честно-пречестно! Только она куда-то запропастилась тогда, а потом я и забыла совсем…

– А Олег помнил.

– Я же сказала – поэзия – это не по мне.

Вот как это понимать: «Но нежданно по портьере пробежит сомненья дрожь»? – И она уставилась на меня в ожидании поддержки. Я был настолько поражён, что сразу и не собрался с ответом. Но Катя сама продолжила: – Постойте. Я где-то это уже слышала?

– В «Иронии судьбы», наверное, – пришлось подсказать мне.

– Да! Оттуда! Значит, он ещё и песни писал? – в ответ я лишь стиснул зубы и забрал у девчонки книжку. Надо было отвлечься.