Минуя зеркала

На верхней полке стоял чайник, и пришлось взять стул, чтобы достать его, когда сзади послышался чей-то смешок.

Вскрикнув от испуга, я резко обернулась и свалилась со стула, но меня успели поймать сильные мужские руки. Клацая зубами и прижимая к груди чайник, я увидела Кира.

Мужчина был в длинном фиолетовом халате и такого же цвета тапочках, раскрытый ворот обнажал безволосую грудь, а черные волосы собраны в хвост.

— Ч-чайку захотел? — дрожащим голосом спросила я, таращась на него во все глаза.

— Д-д-да, — передразнил он меня, ставя на пол и забирая чайник.

Щелчок пальцев, и на плите появился круг огонька. Налив из-под крана воды, он водрузил чайник на огонь.

— Я смотрю, ты решила выполнить свою угрозу и под покровом ночи напала на кухню Иоланты, — на его лице бродила усмешка.

— Только не говори, что я тебя не предупреждала. Голодная женщина, особенно посреди ночи, опасна для окружающих, — наставительным тоном поведала я, возвращаясь к ингредиентам для бутерброда. — Тебе сделать? 

— Ну сделай, если не шутишь.

— Пф! — фыркнула и протянула на тарелке готовый бутерброд. — Кушайте, не обляпайтесь, сударь.

И с удовольствием впилась зубами в свой. Если бы не появление Кира, я могла бы спокойно обдумать свой сон. «Может, стоит поделиться с ним? Ведь он никому про меня не болтал, хотя пока особо некому. Камердинер и барон и так все знают».

— А чего это ты маньячишь по ночам? — с набитым ртом спросила я, следя за тем, как он скептично осмотрел бутерброд, а потом откусил и, прежде чем мне ответить, быстро прожевал.

— Тоже проголодался. Судя по всему, мы оба пропустили ужин.

— Отвечал на письма своих фанатов?

— Невест лорда, — он оттяпал еще кусок и посмотрел на быстро закипающий чайник.

Я отложила еду на тарелку и сняла с крючков две чашки. 

В шкафчике обнаружилась сахарница, мед, варенье и джем, а вот следующая полка была сплошь забита банками с рассыпчатым чаем и кофе.

Кир встал позади меня, пока я думала, какой сорт хочется попробовать.

— Возьми с карамелью, не прогадаешь — это мой любимый, — шепнул он на ухо.

Я взяла баночку, обернутую фиолетовой этикеткой с изображением пластинок с карамелью.

Кир потушил огонь, снял чайник с плиты и залил кипяток в заварник, куда я насыпала две ложки чая.

«Ни дать, ни взять — семейная идиллия», — эта мысль заставила меня улыбнуться.

Мы устроились за столом: я с ногами забралась на стул, а Кир сел сбоку.