Тайна Агровура 3: Печать Змеелова

    Она поняла, что сделала это зря, когда паренек, врезавшись в шкаф, создал жуткий грохот, словно в деревянное изделие врезалась целая рота, и на него упали несколько объемных фигурок каких – то полководцев и шариков, в которых замелькали искры и звездочки. 

         Захар смотрел на это все с таким спокойным видом, что Насте показалось, будто бы мужчина прекрасно знает, кто именно служит девочке и исполняет ее прихоти. 

- За что?! – изумился Михаэль, скидывая с головы пару шариков на пол.

         Со стороны это выглядело так, будто бы на несколько минут безделушки зависли в воздухе, а потом упали на пол, закатившись кто куда: одна под стол, вторая – под шкаф. 

         Захар же вдруг зааплодировал. В его глазах Настя прочитала уважение, а также они заблестели любопытством. Он вышел из – за стола и приблизился к тому самому месту, где сидел Михаэль. Призрак же резко зажался, словно почувствовал какой – то дискомфорт, и отлетел к Насте, спрятавшись за ее спиной.

- Хороший тебе попался вард, - сказал Захар, смотря в упор на Михаэля. – Не смей прятаться, я все равно тебя вижу, - сурово произнес мужчина, обращаясь к Михаэлю. 

         Михаэль выпрямился и, выйдя из – за спины Насти, подошел к Захару и посмотрел на мужчину изучающим взглядом. 

- Ты же прислуживал Полине? – не понял Захар. 

- Но Аня меня освободила, - заметил Михаэль.

- Но ты и так служишь Насте, разве нет? – уточнил Степанов, скрестив руки на груди. 

- Я служу ей по собственному желанию! – воскликнул Михаэль и зеркало, стоявшее за спиной Насти, задребезжало.

- Именно, что «служишь»! – подметил Захар. – А должен быть свободным. 

- О чем это вы? 

- А о том, дорогой мой, что ты предал прежнюю хозяйку, переметнувшись к другой. Скажешь, что нет? Тогда посмотри на свою шею… 

         Михаэль, у которого волосы встали дыбом, как это бывало у призрака, когда он сильно нервничал, кинулся к зеркалу.

- Что… нет! Это же… Я же… чувствовал… что… 

- Ты не свободен, - суров сказал Захар, подходя к призраку. – Настя не смогла тебя освбодить, а дала лишь ощущение свободы.