Последняя тень

Я и сама ощущала потребность зареветь во всё горло, поэтому вцепилась зубами в кусок тряпки, намотанной на шею.

- Я те грю, сам видал, как уверх чертовки карабкались, - я прокляла обладателя писклявого голоса всеми известными проклятиями. – Вона и палка валяится.

- Мне она ни к чему, - равнодушный баритон, исполненный силы. – Надумают бечь – лови.

Тяжёлые шаги и треск дерева. Я посмотрела в прореху между ветками и увидела, как в нижнюю планку чердачного окна вцепились пальцы, потом показалась рыжая голова, загорелая физиономия которой темнела дырками оспин.

Человек подтянулся и запрыгнул внутрь. В этот момент Коротышка не выдержала и завизжала. Масть отпустила её, схватила большую ветку и выпрыгнула из кучи хвороста.

Даже не знаю, собиралась она отвлечь ловчего или просто сбежать. Ветка полетела в голову рыжего, но тот умело отбил сук и ловко схватил подругу, которая попыталась прошмыгнуть мимо. Отвесил оплеуху и схватив за волосы спустил вниз. Снаружи донёсся довольный возглас.

- Хороший улов, - пробормотал солдат и сделал шаг вперёд.

– А ну, давай вылазий. Не то хуже будет.

Хуже действительно было. Только много позже, но я об этом ещё не догадывалась. А сейчас собиралась пересидеть.

Коротышка заплакала и полезла наружу. Продолжая всхлипывать, подошла к рыжему. Тот пробормотал: «Мелковата, да – ничего» и отправил её следом за Мастью. Я продолжала сидеть на месте. По телу катились волны дрожи, а зубы, сомкнутые на тряпке, казалось вот-вот начнут крошиться.

Солдат приблизился и начал разбрасывать сучья в стороны.

В приступе внезапной ярости я вцепилась зубами в красные твёрдые пальцы, потом ткнула веткой  в зелёный глаз и бросилась мимо завопившего мужчины. Злобно ругаясь, он кинулся следом, но не успел: я подбежала к окну и спрыгнула.

Пятки обожгло резкой болью, и я покатилась по грязной земле. Услышала истошный вопль: «Держи, сучку!» и увидела, как дерево впереди взорвалось яркими искрами. Такое ощущение, будто голова разлетелась на куски.

- Жива? – меня протащили по земле и вздёрнули за волосы. – Глазками лупает, значит – жива. Эй, Пара, руку покажи…Ха, здоровски она тебя тяпнула!

- Удавлю, тварь!

- Никто никого не удавит, - голос человека, привыкшего командовать. Сквозь туман в глазах я увидела лицо бородатого мужчины в сером плаще и низкой конической шляпе. – Укусила, говоришь? Магистру такая должна понравиться.

Я даже удивилась, увидев сколько удалось солдатам поймать бродяжек.