Последняя тень

Наверра сморкался в тряпку, запускал длинные пальцы в остатки волос и непрерывно покашливал. Моя учитель по поведенческим признакам могла бы предъявить этого чудика в качестве идеального образца для демонстрации подавленного любопытства. Колдун определённо хотел завести беседу и никак не мог придумать, с чего начать разговор. И это ещё при том, что меня он боялся и презирал. Каково, а?

- Послушай…те, Дар, если не ошибаюсь?

- Не ошибаешься, - сказала я. – В этом данном конкретно случае.

Он пробормотал в крючковатый нос, что-то типа: «кто бы говорил». Однако ему точно требовалось что-то узнать, потому как напыщенный индюк запихал обиду куда подальше и продолжил общение.

- Поскольку ситуация стабилизировалась и опасность в данное время никому не угрожает, я решил выделить толику времени для беседы. Хотелось бы задать определённые вопросы, ответы на который долгое время мне не удавалось получить.

- Ты сейчас вообще с кем говорил? – озадаченно спросила я. Вся речь колдуна воспринималась, точно шелест волн, накатывающих на берег: «Ш-шурх, ш-шурх»,

- Хотел спросить кое о чём, - он помрачнел. – Можешь…те ответить?

- Валяй, - я махнула рукой. – Ты, кстати, колдун-то какой? Если огнём способен плеваться или туману напустить, так пригодится может.

- Я – кавалер серебряного полумесяца, - он надулся, точно индюк, посреди заплёванного птичника. – Неофитам неведомо, но полумесяц отвечает за предсказание будущего. Ни к каким грубым материям мы отношения не имеем.

- Предсказатель, значит, - я зевнула. – Что ж ваши не предсказали, что такая жопа наступит? Затмение наступило?

Кончик кривого носа побелел, а на щеках проступили алые пятна. Я заметила, что сзади приблизился отец Найд, с интересом следящий за нашей беседой.

- Дилетанты! – колдун закатил глаза. – Всем кажется, будто магистру достаточно поковырять в ухе и у него наступит озарение. Для точного предсказания необходимо настроить сложные приборы, выбрать подходящее время и ввести себя в медитативный транс.

- И за всё время никто не ввёл себя в этот, как его, транс? – удивилась я.