Замок Фантазий. Сборник историй

Обнять так бережно, как только позволяют мужские. И разорвать объятья до того, как чувства станут явными для обоих.

Посмотреть друг на друга и улыбнуться. Не безумно. Не смешно. А искренне и беззаботно. Ощущая, как вздрагивают уголки рта, как щиплет глаза. Незаметно вздохнуть, не позволяя слезам показать себя. Не сейчас. Хотя бы не сейчас…

Ее рука в его руке

В последнее мгновенье.

Прошу, позволь ему еще чуть-чуть

Побыть твоим обыкновеньем.

Возможно ли сказать слова прощанья так, чтобы не заплакать на глазах у близких? Возможно ли остановить мгновенье, чтобы напоследок насладиться той, что давно поселилась в безумном сердце?

До последнего держать ее руку.

Алиса уходит, напоследок посмотрев лишь на Терранта. Уверенный шаг в Зеркало разрывает невесомое касание их пальцев.

И пусть Алисы рядом нет,

Тепло ее прикосновений

Для Шляпника всего ценней

В безумстве хоровода дней.

— В добрую даль, — говорит он. 

И на секунду, пока никто не видит, вновь теряет свою улыбку.

В Замке Фантазий, там, где живут мечты, 

мы с тобой еще не раз увидимся.

Ты для меня единственный безумец, в каком бы мире я не оказалась

Алисе всегда было чуждо все девчачье: платья и рюшки, пирожные и конфеты, красивые аристократы с их слепящими глаза улыбками и званые вечера, на которых этим аристократам следовало улыбаться самой.

Алиса была не такой, как другие. Ей хотелось того, чего девушкам в ее мире хотеться было не должно: приключений, опасностей, битв и схваток, бравых героев и коварных злодеев.

И ей так не хватало той свободы, которую она ощущала, стоило только оказаться по другую сторону зеркала, что все чаще и чаще она в это зеркало поглядывала, надеясь увидеть там не свое отражение.

Но изо дня в день с отражающейся поверхности на нее смотрела лишь она сама, натянуто улыбающаяся и пудрящая лицо перед очередным походом в гости.

— Мне так противно! — сказала она матери, морща носик. — Эти их прикосновения! Эти их чмоканья моей руки перед танцем.

— Потому что так принято, — снисходительно произнесла женщина, расчесывая светлые локоны дочери.

— Кем? Кем это принято?! Все эти мужчины смотрят на меня как на красивую фарфоровую куклу! Им нравится мой внешний вид, но стоит мне только открыть рот, как они тут же пытаются заставить меня замолчать!

— Ты говоришь о том, о чем женщинам говорить нельзя.