Любовь не на шутку, или Райд Эллэ за!

Я украдкой продолжала следить. Не думаю, что любопытство выглядит противоестественно в подобной обстановке.

— Кхамлэ покажем, — ответил третий, что шёл сбоку. — Кажется, его не было в списках.

Отчего-то в этом человеке я без труда признала мага крови, а вот те, что держали Райда под руки, были обычными людьми.

— Ты идиот, Агнелис? — спросил мой провожатый с издевательским спокойствием.

Узколицый, мужчина с тёмными жидковатыми волосами и смуглой кожей недовольно дёрнул щекой.

— Нет. Я, по-твоему, просто так это на башку напялил? — продолжая, оленерогий ткнул большим пальцем в своё «ветвистое украшение».

— А-а! — понимающе протянул тот, кого назвали Агнелисом.

— Ага-а! Этого — за мной, — скомандовал он удерживающим Райда культистам.

— Но… — возмутился было узколицый.

— Я сам разберусь, а ты приведи себя в порядок. Кхамлэ в любой момент за тобой может послать. Наверное, помнишь, что он не любит, когда правила нарушают?

В темно-карих глазах узколицего промелькнул страх, не проронив больше ни слова, он сорвался с места и зашагал в сторону, где был натянут тент и стояло несколько походных шалашей.

Похоже, пошёл наряжаться. Я уже отметила, что фанатики, которые утром выглядели вполне обычно, с появление большого босса поспешили принять «традиционный» вид.

Распорядившись, где разместить пленника, оленерогий чуть помедлил, дождавшись, чтобы конвоиры отошли подальше, а потом тихо спросил:

— Знаешь его?

Предпочла промолчать.

— Знаешь, — прозвучало утвердительно, и оленьи рога качнулись.

Еле сдержалась, чтобы не сглотнуть.

Может, броситься и умолять их не причинять Райду вреда? Обещать, что сделаю всё, что скажут? Но я словно оцепенела. Да какой в этом прок, когда чудесная во всех отношениях магия крови легко и непринуждённо загнёт в любую позу? Лучше притворюсь, что Райд для меня не ценнее прочих пленников. Может, это позволит его хоть немного уберечь? Тем более так и не поняла, что культистам нужно конкретно от моей персоны?

Мы вернулись к клетке, где довелось ночевать.

Она располагалась на приличном удалении от прочих и от самого лагеря тоже — я бы сказала, стратегически выгодная позиция. Рядом были и другие, но все они пустовали.

Интересно, с чего бы такое отношение?

Тоскливо покосилась в сторону опушки. Оглушить бы этого здоровяка фортелем, что выучила на улице, и рвануть, да побыстрее. Зуб даю, он такого не ожидает, так что вполне может выгореть.

— Это обязательно? — нагло взглянула на тюремщика.