Ведьма самых вредных правил, или мачеха ведёт отбор

Тебя и так больше трёх недель искали чары, сильнейшей из тёмных ведьм.

— Так я, что теперь, должна творить злодеяния? — прикрыв рот ладошкой, изумилась я.

— Господь мне свидетель, ты где вообще училась, деревенщина? — внимательно посмотрел на меня парень из зеркала.

— В Санкт-Петербургской академии художеств имени Ильи Репина, — без запинки выдала я.

— Так ты что, не магичка, что ли? — с сомнением протянул помощник.

— Нет, — отчаянно затрясла головой вдогонку своим словам.

— Это же издевательство надо мной несчастным, — взвыл магический артефакт, — я так надеялся, так ждал.

А что получил в итоге? Девицу без мозгов. Которая даже не понимает, что тёмная ведьма не значит злая. А всё почему? Потому что у несчастной госпожи практически не осталось сил на поиски подходящей души на подмену.

— Но я же не просила всего этого, — обвела я комнату рукой.

— А ты думаешь, она просила? — ехидно вскинуло бровь лицо в зеркале.

— Я понимаю, для нас обоих это неожиданно, но давайте вы попытаетесь мне всё объяснить по порядку, возможно, я на самом деле смогу вам помочь.

— Криво усмехнувшись, я откинулась на спинку стула.

— Это будет разговор не на один час, — зеркало задумалось, — а ты пролежала без еды и воды три недели, так что для начала тебе следует поесть. Потом принять ванну, показаться на глаза дворцовой челяди и навести пару проклятий на особо разговорчивых. После этого жизнь вернётся в привычное русло, и мы с тобой сможем потолковать без лишнего внимания.

— Но я понятия не имею, как накладывать проклятия.

— Мой шок с каждой минутой становился всё глубже и глубже.

— Твоё тело само тебе подскажет, — улыбнулся собеседник. — Так что ни о чём не переживай и постарайся не опозорить имя хозяйки.

— А как меня зовут? — наконец вспомнила я о важном.

— Оландея Гвендаль Моруа, королева страны Хализан, вторая жена и единственная законная преемница Винтора Смионга Моруа, — провозгласило зеркало.

— А дети у нас есть? — с сомнением протянула я.

— Да, — тут же выдало зеркало.

— И кто же это? — с содроганием подумала о сопливчиках и пелёнках.

— Ваша падчерица — принцесса Малика Лонатея Моруа, — запело зеркальное отражение, — которую вы усыпили на сотню лет, пока прекрасный принц не пробудит её поцелуем и не воскресит.

— Быть не может, — загородила я рот ладошкой.

— Так что вы единственная королева этих земель, — Вальтанте ярко мне улыбнулся.

— Я попала в сказку. — И, едва не лишившись чувств, прикрыла глаза, обмякнув на диванчике.