Змеиного царевича невеста

Что это за штука, мы не знали, но слово красивое, звучное, иностранное. Надо будет в словаре поглядеть потом.

— Зуб, а ты Гремучку сегодня видел? Какая… Сиськи шикарные.

— Нет, не видел, — отмахнулся я, пуская губами кольца зеленого дыма. — Да не в моем вкусе она. Я светленьких люблю больше. И чтобы хвост длинный, тонкий.

— А мне Велироса Медная нравится, — мечтательно протянул Гера, забирая у меня косяк и попыхивая. — Но сами ж понимаете, к такой даже подходить смысла нет.

Мы покивали. Гера — обычный. Мелкий, смуглый, кудрявый.

Из семьи индийских иммигрантов. Живет в общаге, работает, чтобы деньги на еду да на выпивку были. А Медные — они почти как Полозовы или Серебряные — аристократия.

— Погоди, Гера, — утешил я друга. — Зато ты Горынычу дальняя родня и вон как с огнем научился. Станешь еще известным охотником за тьмой, и Медные на брюхе приползут, будут уговаривать их Вельку в жены взять.

— Да когда еще это будет-то… — пробормотал Гера. — Сам подумай. Универ я окончу через три года. Потом на Границу рвану, там пять лет, чтобы опыт был.

И вот потом уже можно в охотники идти. Сколько мне нужно там отработать до славы великой? Десять лет? Пятнадцать? А? А Велеросе уж сорок стукнет. Неужели она себе за столько времени мужа не найдет?

— Ну так свет на ней не сошелся, — утешил приятеля Ядик. — Девки никогда не кончатся, на наш век хватит.

— Это вам, синекровным, хватит. А нам, хвостам болотным, невесты с неба не падают, знаешь ли.

— Как будто нам падают, — начал было я, а потом услышал истошный визг откуда-то сверху.

Голову задрал и машинально создал воздушный полог — потому что то, что летело прямо мне на голову, выглядело не слишком мелким.

Ядик поддержал меня водяными плетьми, а Гера разумно спрятал ладони за спину и сжал зубы. Спалить вопящее и дергающееся существо, что бултыхалось в нашем воздушно-водном мешке, было просто, но, наверное, неразумно.

Уж лучше бы спалил, конечно!

— Ля какая змейка, — выдал Ядик, когда человечка, которую мы так опрометчиво поймали, встала сначала на четвереньки, потом на ноги.

— Красивая.

Я пожал плечами: это Ядохвост у нас извращенец, готовый мутить с любой совместимой с нами расой. А я всегда предпочитал нагинь. Но вообще да, красивая. Худенькая, с торчащими розовыми волосами и кольцом в брови. Я таких никогда не видел.

— Ты кто, чудище? — развязно выдохнул Гера, нервно докуривая косяк.

— Я Алена. Алена Воробьева. А вы все — покойники.

Выдернула у Герки косяк и жадно пыхнула. Закашлялась, отбросила прочь.