Счастье даётся всем.

Его длинные, красивые мужские ноги были от пояса до середины колен прикрыты плотным полотенцем, закрученным на поясе. Вот тебе и голый! Разочарование, что появилось на Янникином лице, трудно было скрыть. Де Ларра, который явно веселился, дёрнул уголком губ, деликатно не позволяя наглой улыбке растечься от уха до уха. Но все всё поняли! И она, и он! «Бесстыдник!» – помрачнела Янника. Она тут страдает, а ему хоть бы хны!

Но долго страдать от смущения Яннике не пришлось, потому что Хейд уже приказала инфанту, развеселившемуся не к добру, лечь на длинную высокую лавку, а Яннику и себя саму посадила по обе стороны на маленькие табуреточки.

Янника осторожно и внимательно перебирала волосы. И периодически натыкалась на пронзительный, изучающий взгляд каре-зелёных глаз. Эти умные, цепкие глаза, преследуя, жгли горячим взглядом нежные девичьи щёки и мешали работать. Девушка, отвлекаясь, замечала, что ей хочется рассмотреть повнимательнее их редкий и такой непривычный окрас.

Работать сначала было трудно, потому как у герцога были непривычно тёмные волосы. И то, что в белых северных волосах можно было сразу найти, здесь приходилось, идя прядь за прядью, искать тщательнее.

Когда Янника увидела на коже головы первую чёрную каплю с хвостиком, она даже вскрикнула. Хейд наклонилась к ней, посмотрела и кивнула, мол, да, это она.

-Подцепляй давай, чего замерла! Я уже с десяток нашла.

И девушка, свернув серебряной шпилькой привычный крюк, принялась вытягивать. За первой вскоре была найдена вторая, третья и четвертая. Руки вёльв работали слаженно и быстро. Сначала волосы, потом лицо, шея, плечи, руки, грудь. Черноты оказалось так много, что Хейд пришлось даже уйти ненадолго за серебром, чтобы ещё один слой проложить в чаше, на всякий случай. Ибо Старая вёльва никогда и близко дело не имела с подобной дрянью.

Когда она ушла, Янника совсем позабыла, что перед ней живой человек. Просто это красивое, молодое, рельефное тело с ровным и таким непривычным золотистым загаром и тёмным пушком на руках, и ровной полоской на животе оказалось таким тёплым, пружинящим и приятным, что Янника непроизвольно погладила его.

- Во – во! – хмыкнуло не кстати загорелое тело наглым голосом де Ларры, и Янника резко отняла руку.