Моя непокорная рабыня

- Проклятье шлю на голову твою и скорую кончину предрекаю! – практически продекламировала я специально не слишком громко, но с пафосом, глядя на Балия, и заметила, что дошло до всех, потом посмотрела в глаза командиру, который, услышав эти слова, недоверчиво смотрел на меня, до боли сжав мои руки, и сказала уже ему: - Подохнешь сам, и все твои родные умрут в мученьях, если зло свершится!

Почему-то подумала, что магические предсказания или пророчества звучать должны именно так. Доказательств магии, естественно, не последовало: гром не грянул, и молния не засверкала, на это я и не рассчитывала, впрочем, я ни на что уже не рассчитывала, просто сработала привычка доделывать все до конца, вот и «несла пургу», иными словами, сопротивлялась, как могла, до последнего.

Но на бандитов мое словесное творчество все-таки произвело впечатление, все замерли и молчали, как будто чего-то ждали. Балий тоже остановился, я повернула к нему голову, прожигая взглядом, он посмотрел на командира, потом на меня, чертыхнулся, отпустил женщину и, резко развернувшись, ушел.

- Старий! – раздраженно крикнул командир.

К нам подошел еще один здоровый детина.

- Вы закончили? – спросил его старший.

- Да, командир, - ответил тот. – Все пленные связаны.

- Девственницы есть? – уже деловито поинтересовался он.

- Только две, - виновато произнес Старий, оглядываясь назад.

Проследив за его взглядом, увидела двух девочек лет пятнадцати, привязанных к дереву, стоявшему в стороне от толпы пленных, согнанных в центре площади, окруженной уже догоравшими домами.

Глава 3

- Отведи ее к ним! – распорядился командир, кивнув на меня.

- Господин, позвольте мне сопровождать ее, ей плохо, может не дойти! – вскинулась женщина, умоляюще глядя на воина.

- Дойдет, Старий поможет! – грубо отрезал он и сам толкнул меня к ухмыляющемуся воину.

К матери подошел еще один грабитель, связал ей руки и погнал к толпе пленных, а я смотрела вслед плачущей женщине, пока не почувствовала толчок в спину. Он не был сильным, но мне хватило: споткнувшись, я упала.

- Старий! – послышался резкий окрик командира.

- Да я еле дотронулся до нее, командир, - виновато пробасил воин.

Он грубо поставил меня на ноги и поволок, схватив за руки, я не собиралась бежать за ним, поэтому снова споткнулась и начала заваливаться. Старий чертыхнулся, подхватил меня на руки и донес до дерева, возле которого сгрузил на траву, как мешок с картошкой. Вставать не стала, лишь обессиленно прислонилась к стволу.