Ассистентка

Оба понимали, что стали свидетелями не просто чего-то ужасного. Они стали свидетелям самого рождения ужаса.

— У тебя тоже также? Ощущение, что сходишь с ума? — Ян первый разбил молчание.

— Не знаю, скорее, как будто бы я наконец-то в него вошел, — доедая второй кусок рыбного пирога ответил Глеб.

Он ел остервенело, никак не мог насытиться. В желудке словно разверзлась гигантская яма, втягивающая в себя энергию.

— Всё такое отчетливое, яркое… Знаешь, как будто раньше спал. А теперь проснулся и увидел, где я на самом деле нахожусь, — он даже сам удивился, как ловко сформулировал мысль.

Ян удивлённо глянул на него.

— Везёт. А я не могу. Слышу всё! Хочется заткнуть уши. Но даже когда пытаешься — это ни на что не влияет. Их голоса они уже в моей башке! — чуть не заорал он.

— Есть такое, — согласился Глеб.

Но его почему-то не раздражали усилившееся чириканье птиц за окном, их жажда еды и страх быть пойманными когтистой лапой, размышления кухарки о том, что приготовить на обед и непристойные воспоминания о ночи, проведённой с дворником… Он наконец-то перестал чувствовать себя одиноким, осознав себя частью этого странного мира, а еще удивительная ясность сознания… Единственный, кого он не мог слышать был Ян.

— Да, дикая бестия, подложила мне говна лопату перед тем, как окончательно сдохла, — но в его голосе не было ярости, скорее тревога.

У Глеба голова пошла кругом… Получается, что эти способности видеть и слышать это такая же сила как у Вавилы, и теперь он хочет их убить, чтобы не было конкурентов.

— Так мы это учиться будем. Помогать, — хватаясь за спасительную соломинку, выкрикнул он. — Считайте наша сила — ваша будет, — подсознательно он делал ставку на жадность медиума.

— А чё, малой дело говорит, — вдруг пришёл на выручку Ян. — Согласен. Убить нас всегда можно. Зато представьте, каких вы дел наворотите, если у вас еще и наши ресурсы будут.

— Сроду учеников не брал, — брезгливо выплюнув слово «ученик» сказал Вавила, но предвкушение того, что он может получить уже затмевало его разум.

Так в жизни Глеба наступил четвёртый этап. Вавила сдержал слово.