Ассистентка

И в качестве оплаты подарил ему эту монетку. Потому что фальшивые монеты всегда возвращаются. Я предполагал, что он захочет скрыть свои сокровища от вечно голодной жены. А я смогу услышать голос своей монеты. Но он меня немного обхитрил. Видимо обратился к какому-то начинающему медиуму, чтобы наложить заклятие тишины. Стоит признать, ему это удалось. Но в итоге всё получилось по-моему.

— Его смерть, видения — это всё был твой коварный план?

— Нет! Что ты! Я же не убийца при свете луны. Так, удачная импровизация, действовал по обстоятельствам.

Мне стало не по себе. Впервые Кристовский прямо намекнул, что он старше обычных людей. Решив, что на эту зыбкую почву лучше не ступать, начала помогать ему собирать украшения в сумку.

— Подожди, — он достал из середины небольшой футляр, примерно семь на десять сантиметров. — Открой.

В нём оказалась брошь в виде бабочки, крылья которой были инкрустированы, наверное, сразу всеми возможными драгоценными кристаллами: в центре находились горошины рубинов, от них полукругами расходились изумруды, следующий виток — сапфиры.

— Это гелиодор, — подсказал Глеб. — Редкий минерал. «Водится» в Бразилии, США, есть несколько месторождений в России. Я думаю, что эти красавцы с Мадагаскара.

— Откуда ты столько знаешь?

— Я много чем интересуюсь, у меня меткий глаз и хорошая память.

Когда ехали назад, мне захотелось вернуться к разговору о Сыромятине.

— Получается, что ты обманул этого чувака?

— Ты про Ваньку? Почему?

— Ну отдал ему фальшивую монету вместо настоящей…

— Его радость была вполне себе настоящей, вон он её вместе со всеми сокровищами положил… Истина — иллюзия. Мы наполняем её смыслом и правдой. Если я тебе скажу, что вся эта сумка лишь китайская бижутерия, ты мне поверишь?

— Кто будет прятать дешевую подделку?

— То есть настоящими эти бриллианты делает то, что их спрятали? То есть история наполняет форму содержанием?

— Ты переворачиваешь.

— Ну я же почти настоящий джентльмен! — воскликнул Глеб.

— Что ты опять имеешь в виду?

— Что делает настоящий джентльмен, когда проигрывает в какую-либо игру?

— Ну, что? — нетерпеливо переспросила я.

— Меняет правила.

Спорить с ним было совершенно невозможно!

— Я не могу взять эту брошь.