Попаданка в Столичной Академии или Буду вместо неё

Возможно ему известно большее и я смогу попасть на другую сторону стены уже этой ночью.

Глава 8

Адепты разбрелись на индивидуальные занятия. Где сейчас Найджел, я не знала, но под воздействием зелья, поиски не были проблемой. Образ Нила легко всплыл перед глазами. Его точёное лицо и тёмные глаза слишком хорошо врезались в память. Тут же появилась путеводная нить, которая безошибочно должна привести меня к парню.

Попыталась придумать, что скажу. Я так уверенно отказывала Найджелу в вечернем свидании, что теперь мой приход будет выглядеть странно.

Дорожка по саду, мимо каменных статуй привела к одному из тренировочных полигонов. На нём бушевали нешуточные страсти. Посреди полигона разрастался и всё больше увеличивался в размерах настоящий смерч. Если бы не ограничивающие заклинания, то от сада вокруг полигона, ничего бы не осталось. И я бы не смогла так спокойно подойти, приходилось бы преодолевать нешуточное сопротивление.

За первым смерчем появился ещё один, а потом третий.

И вдруг, всё прекратилось. Ветряная стихия перестала бушевать. Пыль и земля, поднятые смерчем, застыли в воздухе. А наверху, под облаками, можно было увидеть человека. Он стремительно приближался к земле. Сердце ушло в пятки, когда я поняла, что это Найджел. В отличие от мира, ставшего под воздействием зелья серым и тусклым, парень сиял, и путеводная нить вела точно к нему.

Когда до земли оставалось совсем немного, я всерьёз испугалась, что Нил может разбиться. Дыхание остановилось, сердце бешено билось, разомкнула в немом крике губы. Трагедии не случилось. Воздух, за спиной парня, исказился, стал плотнее, появились серые линии, напоминающие огромные полупрозрачные крылья. Он отклонился назад, и спуск замедлился.

Найджел сделал круг над полигоном. Я любовалась его полётом. Нил был ярким маяком, среди серого мрака.

В этот момент я поняла две вещи. Первое, что до сих пор с трудом дышу, а ноги подкашиваются. Второе, что окончательно влюбилась. Очередная катастрофа, добавившаяся в копилку неприятностей, вызвала нервный смешок. За какие-то десять дней, мир переворачивался с ног на голову не раз, и очередной поворот вёл в тупик.