Чародейка для кота

– Надевай весь наряд целиком, – посоветовал он не оборачиваясь. – Только чепец оставь здесь. Маэстро ненавидит этот «атрибут невежественных простолюдинок», как он изволит выражаться.

– Я уже в восторге от маэстро! – радостно воскликнула. – Наконец-то этот кошмар закончился и можно волосы уложить так, как хочется.

– Как по мне, – пробурчал мужчина, – это скорее осложнит нашу задачу, чем ее облегчит.

– С чего ты взял? – поинтересовалась, с воодушевлением расчесывая свою гриву и заплетая ее в сложную косу.

– Предчувствие, – нехотя отозвался он.

– Да, пойдем.

Мы вышли в коридор и быстро дошли до ванных комнат. Привели себя в порядок и уже собирались идти обратно, как услышали душераздирающий звон, призванный сообщить всем о том, что пора вставать. В многочисленных комнатах послышался шум, и вскоре коридор наполнился взлохмаченными и бегающими туда-сюда людьми.

Вернулись обратно, я заправила кровать, взяла футляр с флейтой и хотела уже выйти.

– Не торопись, – остановил меня Ран.

– Ладно, – послушалась и уселась на постель.

Делать было особенно нечего, и я отыскала книгу с мелодиями и углубилась в чтение. Каждая новая глава заветного издания знакомила меня с разными эпохами становления музыки в этом мире. Было безумно увлекательно изучать все это. Раздумывая над тем, что исполнить сегодня, если вдруг маэстро приспичит нас экзаменовать лично, подобрала мелодию «Радость».

– Взгляни, – обратилась к Раниру. – Что думаешь, если мы сыграем вот это для маэстро?

– Думаю, – спокойно отозвался он, – даже если мы сыграем нечто грандиозное, он будет орать и поливать нас грязью. Такой уж он человек. Иначе не может. Только унижая других, и способен чувствовать себя звездой. Так что играй то, что тебе нравится, я подстроюсь, как и вчера.

– Не хочешь заранее ознакомиться с нотами? – удивилась.

– Видеть это все не могу, – поморщился мужчина. – Я с трудом дотянул до того счастливого дня, когда занятия музыкой остались в прошлом, уступив место более фундаментальным наукам. И возвращаться к этому не намерен. Только крайняя необходимость вынуждает меня сейчас притворяться музыкантом. Но сегодня маэстро скажет свое веское слово, я с позором буду изгнан, и смогу наконец заняться тем, ради чего сюда проник таким нетривиальным образом.