Чародейка для кота

Упакуйте в специальный тканевый заговоренный чехол, чтобы в дороге не повредилась.

– Будет исполнено, господин, – сразу же залебезил перед рыжим лавочник. – Сию секундочку.

Мужчина забрал у нас из рук книгу и поспешил ее завернуть так, как потребовал Ранир. У меня слезы на глазах выступили от обиды. Ну почему он влез? Вдруг у нас вышло бы сторговаться!

– Мы бы все равно ее не купили, – ободряюще шепнул Влад. – Вся наша наличность – два золотых. А еще в столице на что-то жить придется.

– Понимаю, – шепотом отозвала.

Мы с другом двинулись на выход, делая вид, что рыжего знать не знаем. Мужчина вышел на улицу следом за нами и окликнул меня:

– Ася, постой. Можно тебя на минутку?

– Чего тебе? – раздраженно бросила, обернувшись, но заметив, с какой надеждой он на меня смотрит, остановилась. – Влад, ты иди. Я догоню.

Парень не стал задерживаться и пошел дальше. А я дождалась Ранира.

– Это тебе, – протянул он мне сверток. – Подарок. Мне хочется сделать тебе приятное.

Словами не передать, как мне хотелось схватить эту книгу и больше никогда из своих рук не выпускать. Мне просто физически больно стало от желания ее заполучить. Но принимать настолько дорогостоящий подарок от человека, который проявляет ко мне совершенно определенный интерес, было неприемлемо. Бабушка всегда просила быть осторожной с мужчинами, которые пытаются влиять на девушек с помощью дорогих вещей, объясняя, что некоторые из представителей сильного пола могут потребовать за это то, чего я отдать никак не смогу.

– Не возьму, – отрезала, нахмурившись. – Она слишком больших денег стоит. И мне нечего предложить тебе взамен.

– Это просто подарок, – начал раздражаться мужчина, сжимая книгу в руке. – Он тебя ни к чему не обяжет.

– Нет, – упрямо мотнула головой и непримиримо сложила руки на груди.

– Нет, значит, – процедил сквозь зубы Ранир. – Ладно. Мне, как ты понимаешь, она не к чему. Пусть тогда здесь остается.

И он с силой размахнулся, намереваясь швырнуть бесценный том в огромную лужу неподалеку. В красках представив, как чудесные страницы удивительной книги промокают насквозь и безвозвратно портятся, пришла в ужас.

– Не смей! – заорала, хватая его за руку и повисая на ней всем своим весом. – Только попробуй! Никогда тебе этого не прощу!

– Вот как? – довольно ухмыльнулся он, притягивая меня к себе свободной рукой, а ту, что держала книгу, вытягивая вверх.