Кара Рентл - расхитительница иллюзий

Он стоит, расставив широко лапы, виляет хвостом и издаёт тихий, протяжный, утробный звук. Распахиваю глаза. От радости и волнения забываю, как дышать. Амулет сияет ярким неоновым светом и окутывает мою руку холодом. Сердце бьётся о грудную клетку с такой силой, словно хочет выпрыгнуть.

— Мама моя дорогая! У меня получилось! Не могу поверить! Получилось!

«Не твоя мать я, и так бурно радоваться не стал бы на твоём месте, пока ещё нечему радоваться здесь», — раздаётся монотонный мужской бас у меня в голове.

— Барсик! Ты?! Ты говоришь со мной у меня в голове?! — с восхищением смотрю на мерцающую шкурку снежного барса и бросаюсь к нему, чтобы обнять, прижаться к его шубке, потрепать за ушком.

«Но, но, без этих вот телячьих нежностей, пожалуйста, – котяра отходит в сторону и важно укладывается чуть в стороне. — И хватит называть Барсиком меня. Тотемное животное я, а какая-то там кошка».

Даже его надменный тон и гигантское самомнение не сможет помешать мне испытывать счастье от его присутствия. Я так сильно рада появлению этого создания, что от переизбытка чувств мне хочется кричать и бегать по потолку.

— Да ладно тебе, — произношу примирительно, — Я не знаю, как к тебе обращаться, но как-то называть мне тебя надо, верно?

«Можно просто, Хранитель. Я не против. Пока имени моего тебе знать не положено».

— Хранитель… не слишком ли звучит высокопарно? И я не уверена, что это подходит тебе, особенно после того, как я попала в какую-то передрягу, и даже не понимаю, в какую именно, а ты меня ни фига не спас от этого.

Кошак встаёт, делает шаг ко мне, устрашающе оскаливает свою пасть, но, видимо, понимая, что я не собираюсь его пугаться, вновь ложится в позу сфинкса, вытянув перед собой лапы.

«Слишком большую ответственность накладывать не стоит на меня, договорились? Лишь тотем я, защитник от мира призраков и мира теней. А все остальные приключения, что навлекаешь ты на… своё одно место, никак не касаются меня. Не нянька тебе я. Эта функция больше подходит Олегу».

— Олег-нянька звучит очень феерично, но походу он тоже не справился со своими обязанностями, — мне становиться наконец-то весело.

Я, полная возбуждения и энергии, спрыгиваю с кровати и хочу скинуть больничную одежду и натянуть на себя те шмотки, что были на мне до этого. Они немного в пыли, но всё лучше, чем больничный халат, измазанный кровью, который к тому не прикрывает толком одно место сзади. А оно, видимо, у меня самоё уязвимое, раз я всё время попадаю в какие-то неприятности.